В дождливой ночи Ирина открывает старую книгу, на которую падают капли дождя, словно копируя древние мессаги. За окном кипит лужица, а сиреневые листья на кустах подергиваются от звука шума и капель. Внутри тоненькой брошюрой в красный винный цвет Ирина найдет ответы на все вопросы....
Похоже, «Идеальная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
– Зачем ты так говоришь?
– Ни-за-чем. В общем, извини, что слишком мало страдала из-за меня.
Гарафеев хотел хлопнуть дверью, но вспомнил, что Лиза спит.
Он оделся и вышел на улицу. На работу? Но его появление среди ночи всех только перепугает.
Он взглянул на часы. Ого, уже пять. Все-таки секс без обязательств с посторонним человеком это не совсем то же самое, что быстрый супружеский перепихон.
Ну что он в самом деле взъелся на Соню? Жили весело и дружно, а что она по нему не сходила с ума, так и хорошо это.
Но все равно как-то тошно, тягостно на душе, тем более Гарафееву казалось, что он догадывается, в кого была влюблена Соня. Не иначе как в красавца Белоглазова, которого теперь ставит ему в пример.
Нет, надо подумать о чем-нибудь другом.
Сунув руки в карманы, Гарафеев двинулся в сторону проспекта. Пойдет потихонечку в суд, с привалами как раз к девяти доберется.
Прохладное утро и бледный рассвет немножко остудили его.
Как только придет в суд, сразу позвонит домой, жена – большой ученый, и по утрам на работу не торопится, так что он успеет извиниться за свою детскую вспышку.
Успокоившись, он по привычке стал думать о пациентах, которых у него сейчас осталась одна только судья. Кажется, он нигде не ошибся, расписал лечение с учетом интересов плода, и хирурги тоже сделали все аккуратно, извлекли отросток со всеми предосторожностями, не размазав гной по брюшной полости.
Будем надеяться, что пройдет без осложнений, не как у той давешней пациентки, тьфу-тьфу-тьфу."
"Тут Гарафеев сообразил, что весь вчерашний день тот старый случай не идет у него из головы. Постоянно прокручивается в фоновом режиме, интересно почему?
Да, судья тоже молодая женщина с аппендицитом, но за двадцать лет сколько таких у него прошло… И, кажется, он стал вспоминать о той пациентке раньше, чем Ирина Андреевна поехала на «Скорой».
Да, именно! Как раз таки мысли о той больной заставили его обратить внимание на явно ненормальное состояние судьи и заподозрить у нее аппендицит.
А начал он думать о ней потому, что фамилия ее была такая же, как у подсудимой, Тиходольская. Получается, что ли, он лечил первую жену мужа Ульяны Алексеевны, а теперь судит ее саму? Надо же, какие бывают забавные совпадения!
Гарафеев улыбнулся.
