В дождливой ночи Ирина открывает старую книгу, на которую падают капли дождя, словно копируя древние мессаги. За окном кипит лужица, а сиреневые листья на кустах подергиваются от звука шума и капель. Внутри тоненькой брошюрой в красный винный цвет Ирина найдет ответы на все вопросы....
Похоже, «Идеальная жена» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Она полежала на хрустящих от свежести простынях, попила чаю на кухне, но безделье так наскучило ей в больнице, что дома предаваться ему было совсем тошно.
Прислушавшись к себе, она решила, что способна выйти с Егором погулять, и позвала его на улицу.
Сын сказал, что лучше почитает.
Ирина сама не любила отрываться от книги, но внезапно ей показалась подозрительной такая страсть к чтению. Егор умный мальчик, с богатым воображением, это верно, но он нормальный здоровый ребенок, живой и веселый.
Он не выбегает с топотом, не виснет на них, когда они приходят с работы, не тащит после ужина настольные игры или альбом, чтобы сыграть с Кириллом в каляки-маляки.
Сидит молча и читает, а они с Кириллом, два идиота, только умиляются вдруг проснувшейся в ребенке тяге к печатному слову.
Ирина осторожно вошла в комнату сына.
– Егор, что-то случилось?
Он покачал головой, но по лицу, по опущенному взгляду и стиснутым губам она поняла, что права.
– Скажи мне, пожалуйста.
– Все в порядке.
– Но ты все время с книжкой. Ни гулять не хочешь, ничего… Почему? Что стряслось? Скажи мне.
Егор резко помотал головой.
– Пожалуйста, сынок. Поделись со мной, и мы все исправим.
– Я не могу тебе сказать.
Сердце екнуло, и пришлось схватиться за край стола, чтобы не упасть. Неужели его кто-то обидел?
Она села на диванчик. Пульс зашкаливал, и губы затряслись, так страшно стало услышать то, о чем невозможно даже думать. И все-таки нужно, потому что дело не в ней, а в сыне.
– Пожалуйста, Егор, я очень тебя прошу. Иди ко мне. Вот так, – она крепко обняла его, – все сделаем, все поправим, ты только доверься мне. Клянусь, что ни за что ругать тебя не буду.
– Мне нельзя сказать тебе, потому что ты расстроишься, – сказал Егор глухо, борясь со слезами.
Ирина поцеловала его в макушку:
– Я уже расстроилась.
– Ты еще сильнее расстроишься."
"– Нет. Когда люди узнают правду, им всегда становится легче.
– Правда?
– Ну, конечно.
Егор всхлипнул и разрыдался.
Ирина обнимала его, баюкала, как маленького, а у самой сердце выскакивало из груди. Она была близка к панике.
