Новая молодая косметолог из университета вызывает у мужской аудитории ощущение превышения границ. Взгляды захватывают, и она легко завоёвывает внимание своей откровенной внешностью и осознанием соблазнительности в одежде.
- Нет, - говорю я, но это звучит совсем неубедительно.
Я сама себе не верю. Не кричу, не вырываюсь. Я могу позвать на помощь, могу поднять шум. Могу. Но не хочу.
Я говорю «нет». И позволяю ему делать абсолютно все, что он пожелает.
- Думаешь, я тебя отпустил? – его пальцы неспешно движутся по моему позвоночнику.
Я не думаю. Вообще. Только не сейчас.
Он шлепает меня ниже поясницы, не сдерживая силы. Закусываю кулак, чтобы не заорать, утыкаюсь лбом в ледяной мрамор. Только это совсем не отрезвляет.
- Я за тобой следил, - шепчет он, прислоняется плотнее: - Иногда.
Шорох ткани. Доля секунды. А потом сквозь моё тело пропускают электрический разряд.
Огромный член вбивается вглубь, входит резко и мощно точно металлический поршень, растягивает и обжигает лоно.
Я уже не способна сдержаться. Кричу. Но крупная ладонь закрывает мой рот, сдавливает, подавляя утробный вопль.
Спазмы сотрясают тело, а он ведь ещё ничего не сделал.
- Сколько их было, а? – хрипло спрашивает он. – Пять? Семь?
- Кого?
- Твоих трахарей. Помимо немощного муженька.
Ни сколько. Не было никого. Никогда.
То, что со мной происходило прежде, даже сексом назвать нельзя. Минимум эмоций, минимум ощущений. Пустота.
- Я отымел в разы больше баб, - бросает с насмешкой. - Ты могла идти наравне. Крутила бы мужиками как хотела. Так чего ждала?
Он вдалбливается внутрь с такой силой, что у меня темнеет перед глазами, весь мир расплывается.
Я впиваюсь зубами в его ладонь. До крови.
Я выдыхаю:
- Тебя.
- Сука.
Тянет меня за волосы, заставляет повернуть голову, накрывает мой рот губами, вгрызается и будто душу вырывает.
Он достает до самого нутра. Не только членом.
- А что? – мой голос дрожит и непрошенные слезы струятся по щекам. – Я по тебе голодала. Но голод – не повод пожирать отбросы. Утолить жажду можно далеко не с каждым.
Он сжимает мою грудь, сминает шелк. Замирает. Дышит тяжело. И я дышу в унисон, отражаю его пульс.
- А я по тебе не скучал, - произносит глухо. – И не голодал. Я по тебе подыхал. Жрал все подряд. И не мог насытиться.
- Правда? – спрашиваю глупо.
- Нет, сука, шучу.
Он толкается вперед с такой силой, что у меня колени разъезжаются еще шире, до предела.
- Хрен я тебя теперь отпущу.
Конец."
