Он подошел ко мне и протянул руку, а я ответил на рукопожатие.
— Ты меня не ненавидишь? — удивился я.
— Нет, у нас с отцом совершенно разное мышление, — улыбнулся он. — Я понимаю, что ты не убивал моего брата, просто занял его тело. Да и он был тем еще говнюком, если честно. И тело ему уже не было нужно, — он потупил взгляд, и на пару секунд замолк. — А можно я всё равно буду считать тебя своим братом?
— Да, конечно, без проблем, — пожал я плечами, и он подтянул меня к себе, крепко обняв. Да уж… Видимо, скучает по своему брату, и видит его во мне. По крайней мере, сначала мне так показалось. Вот только…
— Передай Лабладуту мою благодарность, — прошептал он и, отстранившись, похлопал меня по плечу.
Вернулся, наконец, домой, и хотел немного отдохнуть. Думаю, это вполне нормальное желание для человека, который недавно пролетел полстраны, выиграл войну против союза трех захолустных аристократов. В общем, после таких дел отдых — это крайне важно.
Десантный корабль еще в пути, а также два загруженных доверху транспортника вскоре должны вылететь из Алапаевска. Возможно, даже придется посылать еще самолет, чтобы вывезти все трофеи, и сразу выставить их на продажу.
И вот, я уселся за стол, достал нож и намазал масло на кусок свежего хлеба. После чего потянулся к тарелке с красной икрой, зачерпнул ложкой побольше, и…
— Господин! — в комнату влетел Жора. — Наконец-то я вас нашел! У меня срочное дело! Вы не представляете, что я только что узнал!
Следом за ним показалась Виктория. Она выглядела куда более спокойной, но видно, что эта новость тоже поразила её, и возможно даже порадовала.
— Это настолько срочно, что мне нельзя бутер с икрой откусить, да? — вздохнул я и положил ложку.
— Конечно! — Жора аж подпрыгнул на месте. — Вы уже слышали, что Род Ржевских признал вас своим потомком? Пока вы были в отъезде, Борис Ржевский подписал все необходимые документы и принял вас в Род… — я посмотрел на Викторию, а она вздохнула.
— Просто не успела ему рассказать.
— Да это всё неважно! — воскликнул Жора. — Виктория, покажите Михаилу документы! Это же восторг!
Вика, и правда, сжимала в руках папку с документами, и теперь передала их мне в руки. Открыл и стал вчитываться в строки. А вот это интересно. Ржевский официально признал меня своим сыном, восстановил во всех правах, и сделал значительно больше, чем мы договаривались.
— Ну что, поздравляю, Ржевский! — усмехнулась Виктория, а я скривился.
— Это всё, конечно, славно.
