И надо же было брякнуть о разрыве с женой Зайцеву. Друг мгновенно разнес новость. Игнат в это время как раз находился в Иркутске. Решил не отказываться от командировки, раз уж с женой больше никаких шансов, а дети наслаждаются теплым морским песочком в компании любимой бабули и няни. Это была официально его последняя командировка. Когда приехал, буквально не узнал свой офис.
Первой заявила о себе его секретарша Эллочка. После повышения Игната она досталась ему в наследство от предыдущего владельца этого офиса. До этого девушка приходила на работу в очках и каком-нибудь мешковатом платье. Свои обязанности выполняла отлично, а ее внешний вид Игната не заботил совершенно. Он вообще замечал Элю, только если нужно было с кем-то связаться, проверить расписание или хотелось кофе. А тут… У Игната сложилось ощущение, что девица затарилась одеждой в секс-шопе. Уж очень юбки секретарши стали коротки, а блузки — облегающи. Прямо как в фильмах для взрослых на офисную тематику. Про раскраску лица вообще говорить не стоит. Клоуны — и те так не малюются.
Остальные коллеги тоже стремились почаще вертеть перед Игнатом какими-нибудь частями своих тел. Молодые, стройные, в теле, слегка за тридцать (а если по паспорту, то хорошо за сорок), они все глядели на Волкова одинаково — как на добычу.
Причем, даже если сами были замужем или имели бойфрендов, у них обязательно находились подруги, подруги подруг и так далее, с которыми те просто жаждали познакомить Игната. Как-будто он вообще мог сейчас с кем-то знакомиться. Единственное желание, которое у него возникало после очередной попытки «случки» — наорать на очередную прелестницу и швырнуть в стену что-нибудь тяжелое.
Еще не готов, не хочет, не может и не будет! Не надо ему ничьих поп, ног, обмазанных яркой помадой губ. Ему покой нужен, раны бы зализать.
Вчера вернулись из поездки дети. Игнат привез их вместе с Анфисой к Даше. Сам даже из машины не вышел, настолько сильно не хотел видеть жену. А она взяла и вышла из дома, чтобы встретить детей. Красивая такая, с уложенными волосами, улыбкой от уха до уха, даже помахала ему. Последнее вообще подействовало на него как оплеуха. Уехал сразу, даже не попрощался с детьми.
С того дня, как договорились о разводе, от нее ни звонка, ни сообщения, вообще ничего. Как будто чужой ей. Хотя почему как будто. Чужой и есть, раз решилась с ним развестись. И тут вдруг машет ему рукой, будто ничего не произошло.
«Облагодетельствовала своим вниманием, мать ее так растак!»
— Элла, ты нашла ручку? — гораздо резче, чем требовалось, спросил Игнат.
Но девушка сама виновата — не пять же минут стоять с выставленной в его сторону попой. Та тут же выпрямилась и даже подала ему требуемое.