— Разлетитесь по своим домам, поблагодарите меня за советы. Вы должны знать, как достичь в браке гармонии. Ведь без этого не стать хорошей женой, а кому нужны плохие жены? Правильно, девочки, никому. От них избавляются».
Чего Даше хотелось меньше всего, так это чтобы Игнат от нее избавился.
Поэтому, если муж хочет свинячить — на здоровье; боится брать на руки Мишутку — пусть любуется с ее рук; гордится тем, что мама приехала помочь — пусть думает, что помогает. Даша согласна на всё, лишь бы он был счастлив и по-прежнему ее любил. К тому же чувствовала она себя уже намного лучше. С каждым днем ужас родов таял в памяти. Тело почти перестало ныть и теперь подчинялось ей почти так же хорошо, как и раньше. Остальное поправимо, она со всем справится.
Наскоро пройдясь по лицу кисточкой с пудрой, Даша убрала косметику, вернулась в детскую, постояла пару минут в немом восхищении перед кроватью Мишутки. Тот спал как ни в чем не бывало уже тридцать минут, а значит, у нее есть еще полчаса или даже час на ужин с родней, прежде чем радионяня разразится плачем сынишки.
Подхватив трубку няни, Даша спустилась вниз. Игнат и Софья сидели за столом в гостиной, потягивали красное вино и закусывали почему-то именно Дашиными диетическими печеньями, оставив те, что она испекла для них, нетронутыми.
«Я люблю свою свекровь, я люблю своего мужа, и я не буду ругаться из-за мелочей», — повторила она про себя раза три, прежде чем подойти к весело болтавшей парочке.
Игнат не раз подчеркивал при Даше, что его отношения с матерью здорово потеплели после того, как та узнала, что станет бабушкой. Да, Софья ничем Даше не помогала, но ничего и не портила. Было видно, что сына любит. Значит, полюбит и внука, а Даше ее любовь без надобности.
— Дашуль, привет! Накормила богатыря? — улыбнулся ей Игнат.
Когда он улыбался ей вот так нежно, преданно, Даша готова была растаять от умиления.
— Испеки еще таких печений! — скинула ее с седьмого неба Софья. — Вроде печешь, печешь, а они все съедаются…
«Вот иди на кухню и испеки! — прикрикнуло на свекровь Дашино внутреннее я. — Даже рецепт дам! И ножницы дам, чтобы когти свои обстригла!»
— Дашуль, а что у нас на ужин? — спросил Игнат всё с той же улыбкой.
«Еще один кандидат в повара на сегодняшний вечер!» — неистовствовало Дашино внутреннее я.
Девушка глубоко вздохнула, пригладила платье, улыбнулась домочадцам самой широкой улыбкой, на которую сейчас была способна.
— Пара минут! — попросила она и отправилась на кухню."
"В духовке доготавливалась лазанья. Даша вытащила ее, разложила по порциям, поставила на поднос и отнесла в гостиную. Есть хотелось неимоверно. Запах куриной грудки и запеченного сыра бил в нос боксерской перчаткой.