Автор
Марк стоит среди холостяков на свадьбе, его сердце разрывается между желанием воспользоваться шансом и страхом быть обвиненным в предательстве. Его взгляд падает на невесту, ее тело беззащитно раскрывшееся после страстного секса, что подчеркивает грязную дuality свадьбы....
Не стоило выдумывать то, чего нет, и, наверное, даже появлению зеленых человечков в его спальне Марк обрадовался бы больше, чем моим признаниям.
Он расстегивает мои джинсы, и я чувствую, как мои бедра сами тянутся к нему. К его рту и рукам. Марк улыбается реакции моего тела, еще до недавнего времени такого скованного и зажатого.
Теперь бесстыдные движения бедер в ответ на его ласки пальцами — это всего лишь минимум того, на что я способна. Пока я скидываю с себя последнюю одежду, Марк опускает подушки ниже и практически ложится, не сводя с меня взгляда.
Я знаю, что будет дальше."
"И поэтому решаюсь его удивить. Отдергиваю с Марка одеяло и вместе с ним замираю у его бедер. С плотоядной улыбкой провожу ладонью по выпирающему из боксеров члену. После веду губами по ткани снизу вверх и замираю, когда касаюсь кожи живота. Марк часто и неглубоко дышит, потому что глубокие вдохи, несмотря на обезболивающее, все еще причиняют ему боль.
— Вера… Иди ко мне.
Смотрю на него, стоя на коленях между его ног.
Ползу к Марку, выгибаясь в пояснице, но в последний момент к его неожиданности разворачиваюсь, перекидывая ногу через его сильно вздымающуюся грудь. Наклоняюсь, отодвигая пальцами боксеры, и касаюсь губами горячей головки. Видишь, я же обещала…
Чувствую, как Марк впивается пальцами в мои бедра. Притягивает их к себе и обжигает тяжелым дыханием чувствительную кожу.
Но вместо того, чтобы снова втянуть его в рот, у меня сбивается дыхание и меня прошивает словно током — между моих широко разведенных ног Марк повторяет то же самое своим языком.
Я наклоняюсь, еще сильнее прогибаясь перед его лицом, и целую нежную кожу между его ног ниже. Марк громко стонет. Пожалуй, это самый громкий его стон на моей памяти, а значит, надо продолжать.
Вхожу в раж, наклоняясь все ниже. В таком положении Марк не достает до меня губами, поэтому заменяет язык пальцами, поджаривая меня на медленном огне круговыми движениями большого пальца вокруг клитора.
Потом палец куда-то пропадает, и я вздрагиваю от звонкого удара по ягодице, от которого по телу разливается волна жара. Моя кровь прекратилась в жидкое пламя, и мне так не хватает его рук или пальцев в себе, ведь только они способны унять этот пожар.
