Автор
В темном лагере звуки природы затмевались бурным шумом голосов. Мужчина прервал монолог своего спутника неожиданно и сердито, что напрягло даже его тихого соседа. Здесь каждый прячет свои страхи и неудачи в глубине души, пока светлый Лекарь пытается создать идеальный мир для всех....
Правда, сил говорить у него не было, но всё равно он держался, чтобы не пропустить ни одного момента боя.
Минут за тридцать от моей жертвы осталась лишь кожа да кости. Усох, как и та крыса. Вытянул я из него всё. И всё это время он находился в сознании, хотел кричать, да куда там. Голосовые связки я попортил сразу, от греха подальше. Следом встал вопрос о телах. Оставлять их в камере — значит, начинать побег прямо сейчас. А я пока не готов, есть еще одно незаконченное дело. Да и стоит освоить полученную энергию и подготовиться.
Ничего особенного, всё это я уже видел раньше, когда меня вели на получение проклятья. Много дверей, как и моя, за некоторыми из них лежат такие же бедолаги. На некоторых дверях были небольшие окошки, через которые я рассматривал убранство камер. За одной из них я увидел колодец. И заглянув внутрь, понял, что здесь это наподобие мусорки. Туда сваливают всевозможный хлам, даже не задумываясь, что когда-то этот колодец придется освобождать.
Вот только тело мое слабо, и тащить тяжелые туши не сможет. И потому, первым делом, я прикоснулся ко всем телам, запустив внутри них процесс мумификации. Тела должны высохнуть, выгнать лишнюю жидкость, и стать гораздо легче. Причем довольно быстро, всего полчаса, и я уже утащил первого послушника, скинув его в колодец. А затем и остальных.
На полу нашей с дедом камеры осталось немало крови и прочей дряни, так что я сгонял в каморку неподалеку и взял там охапку сена.
— Вижу, что я сделал правильный выбор, — тихо проскрипел дед, как только я уселся на свою койку. На нее тоже сена набросал, теперь она стала куда удобнее."
"— Безусловно, правильный. И я выполню обещание не из-за договора, а потому-что привык быть хозяином своего слова.
Я задал старику несколько вопросов, и тот, несмотря на свою слабость, подробно ответил на все. В основном меня интересовали его дела, то есть, теперь моего Рода.
