В Королевском дворце Парижа Людовик восемьдесят второй с интересом рассматривает фронтовые отчеты. Вдруг звук постучавшейся двери прерывает его мысли, и король наклоняется к посыльному, внимательно слушая каждый его слова.
Похоже, «Идеальный мир для Лекаря 22» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Черномор! Возьми людей, займитесь уже делом! — мой отряд развернулся и направился навстречу всадникам. — А с вами, молодой человек, — сделал акцент на последних двух словах, — пожалуй, можем почитать некоторые пункты контракта. Они еще никого не оставляли равнодушным.
Замок Булатовых
Некоторое время спустя
Виктория сидела у колыбельной, играясь со своей дочерью. А та заливисто смеялась, когда ей в пузо тыкали пальчиком, и норовила схватить его своими пухлыми ручками. Тогда как рядом с Викой стоял ее учитель Белмор и недовольно качал головой.
— Ученица, твое поведение слишком мягко для некроманта, — недовольно пробурчал он. — В сердце некроманта должен быть холод, пустота и безмятежность! Ты портишь и себя, и дочь! А вдруг сражение? Вы обе должны быть всегда готовы к схватке!
— Ну пожалуйста, не надо сейчас об этом, — улыбнулась Вика, — Не расстраивай Арианну по пустякам.
И действительно, малышка стрельнула в старика взглядом. Причем буквально стрельнула. Тонкая струйка некротики, переплетенной с силой жизни, ударили по лбу Белмору, и тот потер шишку.
— О, привет, Лабладутик! — улыбнулась Вика. — Как ты? Всё хорошо?
— Да нормально, мать, — отозвался он. — Пришел с посланием от бати. Есть минут десять на потрындеть?
— Да, конечно, Лабладутик! Но давай в детской, я там малышкой занимаюсь, — согласилась Вика.
— Ну пошли, — кивнуло божество и спрыгнуло со стола.
— А ты что, сам пойдешь? — удивилась девушка.
— Так я же гордый! Могу и сам ходить! — расправил плечи Лабладут.
— Ой ты, мой гордый! — девушка погладила человечка по голове и взяла на руки. — Пойдем, отнесу тебя.
— Ты только при мужиках меня так не гладь, — недовольно пробурчал он. — Я всё-таки серьезный бог!
Вскоре Вика подошла к двери в детскую, приоткрыла ее и увидела, как над колыбелью дочери возвышается старый, знакомый с самой смертью, некромант.
"— А кто моя малышка? Пуси-пуси-пуси! А кого Вселенная будет бояться? Ути-пути-пути! А кто будет править миром? Ути какая сладенькая повелительница всего живого!
— Кхм… — вежливо покашляла девушка, и Белмор резко подскочил от неожиданности.
— Ой! Вы вернулись? — замялся он. — И как давно?
— Достаточно, чтобы узнать совершенно нового Белмора, — едва сдерживая улыбку, ответила Виктория и подошла к колыбели.
