Возвращение к спокойной жизни после нестерпимого магического хаоса. Только сейчас Виллсон осознает как сильно переживал за исчезновение волшебника. Но мир все еще таит опасность, и Лекарь снова вынужден покинуть свой уютный домик.
Исправлять ничего не собираюсь, это всё закончится победой моего Рода, но предпосылки ко всему этому знать надо.
По пути к кабинету заметил слугу, что очень торопился, неся на плечах тяжелый мешок. Показалось странным, что на мешке сидели два важных голубя, словно заставляя бедолагу выполнять эту работу. Так что проследовал за ними. Собственно, как я и думал. Слуга чуть ли не бегом направился к самой высокой башне, затем по лестнице забрался наверх и, в конечном итоге, добрался до голубятни. А в мешке было зерно.
— Свободен! — отправил слугу, и тот вздохнул с облегчением, злобно посмотрев на своих конвоиров. Голуби тут же сделали вид, что они ничего такого не делают, просто заинтересованно рассматривают пол. Да и вообще, они просто голуби, и не могут заниматься подобным.
А Курлык тут неплохо устроился, как я погляжу. Голубятню уже достроили, здесь теперь зона релакса для целой стаи. Везде вокруг множество голубей, в дальнем конце помещения расположилась небольшая сцена, где стайка соловьев разбавляют атмосферу своим пением.
Все вокруг вальяжно ходят из стороны в сторону. Вот группа пернатых разведчиков сидят за столом, о чем-то оживленно беседуют и клюют зерно. Мой раздолбай разлегся в своей джакузи, и слегка приобнял двух голубок. Причем на клюве у него висят изготовленные на заказ тёмные очки.
— У тебя глаза по бокам, придурок, — подошел я к нему, чем заставил бедолагу выскочить из воды с пузырьками. — Зачем тебе очки на клюве?"
"— Ур урур… — махнул он крылом, мол, я ничего не понимаю.
Впрочем, пусть расслабляются. Они проделали неплохую работу, и разведка у нас на высоте. И в прямом, и в переносном смысле. Только сказал, чтобы они не заставляли моих слуг работать на них. А если хотят, чтобы кто-то таскал сюда мешки с зерном, то пусть платят достойную цену за работу.
Вижу, они меня поняли. В остальном, ничего против голубятни не имею, потому развернулся и ушел дальше разбираться с документами.
— Михаил! Внучке плохо! Выходи на улицу! — а я думаю, что за странный гул за стенами замка, который стремительно приближался.
Завершив разговор, сразу выбежал из ворот замка, где меня уже ждал вертолет.
