Возвращение к спокойной жизни после нестерпимого магического хаоса. Только сейчас Виллсон осознает как сильно переживал за исчезновение волшебника. Но мир все еще таит опасность, и Лекарь снова вынужден покинуть свой уютный домик.
Быстрый взмах, от которого я уклонился, и ребро ладони разломало ему ключицу, а зеленый сгусток энергии проник в тело, заставляя того завыть от боли.
Перезарядиться остальные не успели. Одного пронзило кинутое мною кровавое копье, а других постоянно отвлекали плети из крови, что вырвались из тела их убитого товарища. Руны мелькали, одна за другой, и в этих красных вспышках они видели мою улыбку.
Перед моим лицом сформировался большой кровавый сгусток, и через пару секунд он взорвался, обильно осыпая выживших множеством мелких красных кристалликов.
Удар по челюсти, затем еще, и еще. Усиленные мышцы и кости позволяли мне быть таким, что можно мять металл. Чего говорить о людях. Затрещали кости, и вскоре последний враг был повержен. Он отключился, но выжить ему было не суждено.
— Так, а теперь самое интересное… — хоть я и догадывался, кто виноват в этом нападении, но всегда лучше уточнить.
"Только смотрел, как безвольное тело бьется о каждую ступеньку головой, пока я тащил пленного по лестнице. Но не буду же я его на плечо класть. Волоком, вон, даже мой корги смог кабана домой притащить.
А дальше мы устроили блиц-опрос с применением силы. Спрашивали и били по очереди, чтобы не мешать друг другу, и два раза пленник пытался себя убить. Но не в мою смену… Сначала он раскусил капсулу с ядом, а когда понял, что яд не действует, попытался откусить себе язык. Не стал ему мешать, и дождавшись, когда тот наестся, заставил отращивать новый язык, а то без него речь очень уж невнятная.
Так что пришлось пленнику рассказать всё без утайки. Как и предполагал, Буров никак не угомонится.
Как раз, пока допрашивали, наступило утро, и в гостиной я нашел Викторию, что спокойно попивала кофе, сидя у камина.
— Доброе утро! — улыбнулся, усевшись рядом.
