Автор
Я никогда не обещаю идеальную вечеринку, но всегда бываю настоящим джентльменом. Вечеринка была последней каплей: я заливался краской от стыда, когда увидел всех соплей в своем костюме. Проблема лишь в том, что выбор между выглядеть как полный чмо или таковым — она всегда очевидна....
Наверное, я догадывался, что нечто подобное случится, не в смысле, что у меня все будет зашибись, а что он меня подведет. Поэтому мне ужасно больно, но не настолько больно, как, я думал, это может быть. По крайней мере, это ничего не изменит.
– Вот и славно. Знаю, это звучит банально, но он того не стоит. Просто какой-то лысый старикашка с прохудившейся простатой, которого показывают по телику.
Я усмехнулся.
– Эту фразу нужно вставить в самое начало шоу.
– Тем не менее они ни разу не обратились ко мне и не попросили сказать что-нибудь о нем.
Мы снова какое-то время оба молчали.
– Знаешь, – сказал я, наконец, – это так странно, я всю жизнь пытался выяснить, по какой причине Джон Флеминг не хочет со мной общаться. А теперь я злюсь на себя за то, что потратил столько сил, стараясь понять этого полного засранца в то время, когда меня окружало столько людей… которые засранцами не были.
– Да, это очень странно, когда засранцы поступают с тобой так.
– Но есть ведь способ помешать им?
– Не думаю. Тебе просто нужно смириться с этим, и в конце концов… все наладится. И у тебя все будет хорошо. Будет немного горько из-за того, что ты столько времени страдал впустую. Но потом все станет замечательно.
– Да… похоже, сейчас я переживаю горький период своей жизни.
– Ничего страшного. Это лучше, чем период, когда ты весь такой: «О нет, что я сделала не так? Какой же я ужасный человек!» А в скором времени ты и не вспомнишь об этом, потому что у тебя все будет хорошо, с тобой будет чудесный сын, твоя лучшая подруга и ее собаки, и все вместе вы будете смотреть «Королевские гонки».
Я откинулся на спинку дивана.
– Наверно. Но после всего, что было, я уже не уверен, что у меня есть шанс создать эту свою версию.
– Возможно, именно этим ты сейчас и занимаешься.
В теории это звучало неплохо. Но, к сожалению, я сейчас ничего не создавал, а, напротив, терял не только своего ушлепка-отца, но и человека, который был мне действительно дорог.
– Оливер меня бросил.
– Ой, Люк. – Она посмотрела на меня с искренним сочувствием. – Мне так жаль. Что произошло?
– Сам не знаю. Мне кажется, мы с ним слишком сблизились, и он испугался.
– Правда? Я думала, что такие поступки скорее в твоем духе.
– Он сам мне так сказал, – жалобно ответил я. – А потом все равно ушел.
– Что ж, – мама снова пожала плечами, – пусть катится.
