Автор
Я никогда не обещаю идеальную вечеринку, но всегда бываю настоящим джентльменом. Вечеринка была последней каплей: я заливался краской от стыда, когда увидел всех соплей в своем костюме. Проблема лишь в том, что выбор между выглядеть как полный чмо или таковым — она всегда очевидна....
По правде говоря, хотелось найти такой способ связаться с отцом, бросившим меня в детстве, чтобы у меня было как можно меньше шансов пообщаться с ним на самом деле.
На сайте отца я нашел имя его менеджера, а затем на сайте менеджера отыскал его телефон. Этим менеджером был парень по имени Регги Мэнголд, судя по всему, в 80-е он был довольно успешен, но теперь Джон Флеминг оказался его единственным крупным клиентом. Очень, очень медленно я набрал его номер на моем офисном телефоне, надеясь услышать автоответчик.
– «Таланты Мэнголда», – сказал хриплый голос с характерным говором кокни. Это был явно не автоответчик. – Мэнголд слушает."
"– Мм. Привет. Мне нужно поговорить с Джоном Флемингом.
– А, хорошо. Я сейчас соединю вас с ним. Подождите секундочку.
Судя по отсутствию музыкальной заставки и сарказму, которым был буквально пропитан его ответ, я понял, что он не собирался ни с кем меня соединять.
– Нет, послушайте, он сам просил меня позвонить ему.
– Правда? Если только сиськи у вас намного красивее вашего голоса, но я в этом сильно сомневаюсь.
– Я его сын.
– Придумай какое-нибудь другое объяснение, не такое дурацкое.
– Меня зовут Люк О’Доннелл. Моя мать – Одиллия О’Доннелл. Джон Флеминг в самом деле мой отец, и он хотел поговорить со мной.
Регги Мэнголд рассмеялся хриплым смехом курильщика.
– Если бы мне платили по фунту за общение с каждым маленьким засранцем, пытающимся провернуть со мной этот фокус, я бы заработал кучу денег.
– Ну ладно, раз вы мне не верите, то как хотите. Но если вы передадите ему, что я звонил, будет здорово.
– Конечно, передам. Я прямо сейчас напишу ваше сообщение в моей воображаемой записной книжке. Кстати, как пишется О’Доннелл? С двумя или с тремя «л»?
– С двумя «н».
С этими словами я повесил трубку, испытывая чувство удовлетворения, благодаря которому меня даже ненадолго перестало тошнить. Но «ненадолго» было ключевым словом. Если честно, я не знаю, что было хуже: вновь разбередить старые раны, связанные с отсутствием отца в моей жизни, или попытаться выйти с ним на связь и понять, что ему это не особенно нужно.
