Автор
Встреча в спортзале привела Льва к непредвиденным воспоминаниям о прошлом — до того, как он развелся с женой и вынужден был уйти. Теперь эти старые любовницы оказались неотъемлемой частью его жизни, всплывая на поверхность даже после долгих лет.
Это ж наша главная достопримечательность!
Вера почувствовала, как ее ноги становятся ватными, ее жутко клонило в сон. Пока девушки обсуждали добрые дела народного депутата, Вера положила голову на Дашино плечо и прикрыла глаза.
– Ей бы отдохнуть, – глядя на Веру, тихонько обронила Ира.
– Она больше суток без сна, – вздохнула Даша, и добавила: – И без еды.
– Давайте-ка поступим так: сейчас поедем к Олегу в офис… Нет, лучше домой. Вера там хоть отдохнет как следует. А вы пока расскажете, кто ее довел до такого состояния.
– Даш, мне к маме надо, – снова зевнула Вера, еле-еле плетясь к Дашкиной машине. – И за вещами еще.
– Все это подождет, – садясь за руль, сказала Даша. – Кажется, мы нашли спасательный круг.
Глава 34
Вера открыла глаза, и резко подскочив на кровати, вжалась спиной в большое кожаное изголовье. Спросонья даже не поняла, где находится, а затем увидела на полке диплом народного депутата, и выдохнула.
Встав с кровати, Вера аккуратно заправила ее пушистым покрывалом, подошла к пустому туалетному столику, взглянула на себя в зеркало, сняла с волос резинку, пальцами причесала волосы, расправила на себе мятую блузку, случайно обратила внимание на фотографию в рамочке и замерла.
На снимке Олег обнимал за плечи голубоглазую девушку в свадебном платье, с лучезарной улыбкой и длинными каштановыми волосами.
Вера снова перевела взгляд на зеркало, затем, заторможенно, на девушку, снова на зеркало, и снова на девушку.
«Если бы мне кто-то сказал, что у меня где-то на свете живет сестра, то я бы не сомневалась, что это она», – подумала Вера, удивляясь сильной схожести с девушкой. И тут же опомнилась:
«И что она, интересно, скажет, узнав, что я прохлаждаюсь в их постели?»
Выйдя из комнаты, Вера пошла по длинному коридору. В одной из комнат горел свет, и оттуда слышались тихие голоса.
– Бедняжка… Сколько ж всего натерпелась, – сказала, кажется, Ира.
– Дай бог, дай бог, – вздыхала Даша. – Боюсь представить, что будет, если Веру лишат родительских прав.
Вера притормозила у приоткрытой двери, чтобы сделать несколько вдохов и не сорваться на подругу за ее поганый язык.
«Даже думать не смей о таком! Мысли же материальны», – прорычала про себя Вера.
