Автор
Света, Маша, Милана, Снежана – каких только имен нет в списке моих любовниц. Но, как ни крути, все они очень далеки от моей жены Веры. Верочка у меня домашняя, прилежная, скромная. Такую жену попробуй найди! Конечно же, она не знает о моей маленькой слабости. Я супругу берегу и ни на кого никогда не променяю. Что? Она рано или поздно узнает? Да ну, Верочка у меня глупышка. Или нет?...
– Это Изольда затеяла, да? Это же ее рук дело, верно? Ну да… Ну да… Кто ж еще?
Лев сел в свое рабочее кресло и задумался.
«Кто и за что мне может мстить? Верка? Пф… Она бы никогда до такого не догадалась. Слаба на передок. А вот Изольда любит устраивать подобные сюрпризы. То налоговая, то роспотребнадзор, а теперь менты! Это она так мстит за проданный салон? Старая сука!» – выругался про себя Лев, и достал телефон.
– У меня же есть право на один звонок?
Майор кивнул.
Лев набрал номер Изольды, но она была в не зоны доступа.
– Зачем она устроила весь это цирк? Ну, свяжитесь с ней, в конце-то концов! Скажите, мол, припугнули, кается, готов загладить свою вину.
Лев до последнего надеялся, что это розыгрыш от мамы Стифлера. Но когда на него надели наручники и повезли в отдел для оформления задержания, стало совсем не до шуток.
А дальше Лев под конвоем отправился в изолятор временного содержания, где больше суток провел без еды и сна.
Следователь прикончил все свои бутерброды, поставил на стол пустую чашку, устало откинулся на спинку стула, надул щеки, и медленно выпустив струю воздуха, кивнул на листок.
– Пиши чистосердечное. Ты ж понимаешь, что если признаешь вину, скостишь себе срок. За изнасилование тебе светит до двадцатки, плюс незаконное хранение наркотиков.
– В сотый раз говорю, не насиловал я ее, – едва шевеля языком, прохрипел Лев.
– И наркотики не твои, – Следователь с серьезным видом покачал головой. – Да-да, я все это уже слышал. Вот только факты говорят об обратном.
Следователь поправил ремень на толстом животе и наклонился к Салтыкову."
"– Шкаф, говоришь, виноват? Завтра отправишься в суд, там я предъявлю все доказательства, которых, поверь, хватит, чтобы упечь тебя в СИЗО, где у тебя будет время подумать, шкаф это, дверь, или Вася Пупкин. А потом… – следователь помотал головой и вздохнул. – А потом в тюрьму, где насильников встречают с распростертыми объятьями.
– Дайте еще раз позвонить Межерицкому, – попросил Лев.
– Да отказался он защищать тебя, сам же слышал.
Лев вспомнил, как позвонил адвокату и попросил присутствовать его на допросе, но Межерицкий повел себя очень странно.
– Лев… Я… Я не могу помочь. Тебе следует поискать другого защитника.
– Как думаете, его она тоже купила? – усмехнулся Лев, и из последних сил поднял голову. – Мы же оба знаем, что дело сшитое.
