В холодном осеннем дневнике Джесси начинается странное путешествие в самое сердце убийства. В пригороде выстрелы разрывают тихий воздух, заставляя девушку броситься к окну и понять, что хуже не быть настороже — когда опасность уже здесь.
Она попыталась представить, что рядом с ней стоит Микаэла и решает, куда лучше спрятать дневник, хранивший самые сокровенные и тёмные тайны.
Логично было начать поиски со спальни девушки. Она прошла в конец коридора и толкнула ногой дверь, которая была лишь слегка приоткрыта. Войдя в спальню, она осмотрелась, пытаясь понять, где семнадцатилетняя девушка могла бы спрятать ценную вещь."
"Она обошла комнату, открывая ящики комода, залезая под кровать и тщательно изучая содержимое шкафа. Джесси не могла этого объяснить, но у неё было отчётливое ощущение, что за последние двадцать четыре часа она была не единственным человеком, который это делал.
Спустя двадцать минут ей стало ясно, что в спальне она ничего не найдёт. Она вернулась в гостиную и стала медленно и внимательно смотреть по сторонам, надеясь, что заметит то, что раньше ускользнуло от её взгляда. Но этого так и не произошло.
И всё же она не могла избавиться от ощущения, что догадка Ханны верна. Микаэле действительно нужно было найти выход своим эмоциям и мыслям.
«Он должен быть где-то здесь».
Она села на пол посреди комнаты и попыталась представить, будто то же самое сделала Микаэла. Она подумала о том, каково было девушке здесь одной, пока к ней не переехала Лиззи. Это была её квартира. Она управлялась здесь сама, прежде чем решила завести соседку по комнате. Она была в курсе всех потаённых местечек.
И тогда ей в голову пришла одна мысль. Лиззи сказала, что её часть арендной платы была небольшой, поскольку она пользовалась только одной спальней. Но на самом деле она свободно перемещалась по всей квартире. Согласно человеческой природе, если и было такое место, куда Микаэла запрещала ей заглядывать, то именно туда Лиззи и влекло больше всего.
Но в одной части дома Лиззи вряд ли стала бы рыскать по одной простой причине: это была её собственная комната.
Джесси встала и пошла в спальню. Дверь была открыта. Комната была обставлена в довольно спартанском стиле, что свидетельствовало одновременно и о финансовом положении Лиззи, и о скромном образе жизни девушки-студентки.
Она не особо старалась придать своей комнате индивидуальности, хотя над кроватью повесила распятие, что свидетельствовало о её религиозности. На стене также находились две картины в рамах.
