В холодном осеннем дневнике Джесси начинается странное путешествие в самое сердце убийства. В пригороде выстрелы разрывают тихий воздух, заставляя девушку броситься к окну и понять, что хуже не быть настороже — когда опасность уже здесь.
Но хочу ли я официально заявить о том, что сотрудники Бюро Долины совершают какие-то непозволительные действия? Пока что нет, сэр.
- Хорошо, - сказал Декер, снова откинувшись на спинку стула. – Предположим, ты красиво ушла от прямого ответа на мой вопрос, уклонившись от обвинений. И я предпочитаю расценить это, как твою полную поддержку своих коллег из других участков полицейского управления Лос-Анджелеса. Именно так я и напишу в протоколе.
- Да, сэр, - нехотя сказала она.
- Я разделяю позицию Бюро Долины и официально прекращаю рассмотрение этого дела отделом СОУ.
Он швырнул им через стол тонкую папку.
- Да, сэр, - сказал Райан, забрав папку и поднимаясь на ноги.
Джесси тоже встала и последовала за ним к двери. Она уже почти вышла, когда Декер окликнул её.
- Хант, - твёрдо сказал он.
- Да, сэр, - сказала она с притворным энтузиазмом.
За дверью кабинета её ждал Райан. Несмотря на сильное желание, Джесси удалось сдержаться и не наорать на него прямо там.
- Странный способ поддержать меня, - прошипела она.
- Я действительно тебя поддержал, - настаивал он. – Ты чуть не заставила Декера позвонить в отдел внутренних расследований и начать проверку этого дела.
- А что в этом плохого? – не унималась Джесси.
- Нет, Джесси. Она так не думает. Именно поэтому она позвонила мне. Звонки Болтушки Кэти призваны раскрывать дела, а не уличать продажных копов. Возможно, она обладает подробной информацией как раз потому, что сама является продажным копом.
Джесси не могла поверить своим ушам.
- Так ты не хочешь, чтобы парни, которые руководят действиями Костабайла, были привлечены к ответственности? – спросила она.
- Конечно хочу, - возразил Райан. – Но эта задача стоит у меня не на первом месте, как и у Болтушки Кэти. В отличие от раскрытия преступлений. Время на это расследование у нас было ограничено, теперь уже поздно – нам его не вернуть. Так случалось и с другими делами, о которых она мне сообщала, так случилось и на этот раз. Я не в восторге от этого, но сейчас больше ничего сделать не могу.
