Понедельник, 9 апреля — день рождения Джейми прошел уже один час. В мгновение, когда прекращается эффект наркотика, боль возвращается с новой силой. Я осознаю сразу четыре ключевых факта: я лежу в больнице; меня ударили ножом; но я всё еще жив; и Джейми куда-то пропал. Минут пять сердце бьется так громко, что все тело трепещет. В эти пять минут мне кажется, что весь мир остановился....
Но ведь что-то там быть должно? Зачем кому-то звонить и бросать трубку? Снова по телу пробегает дрожь, судорожно сглатываю.
Завтра позвоню в телефонную компанию, пусть что-нибудь сделают. Наверное, у кого-то автоматический обзвон заглючил – нам вон звонят периодически, предлагают чердак бесплатно утеплить.
Иду дальше, удаляя их по ходу, и вот субботнее сообщение от Шелли.
– Тесс, привет, это Шелли. Вспомнила, как мы с тобой говорили в понедельник, решила позвонить, проведать. Узнать, как дела после вчерашнего.
Её голос полон сил, и когда она замолкает, в комнате и во всём доме в целом становится слишком тихо.
И вдруг снова звонит телефон. Как сирена гремит звонок, и я непроизвольно пячусь, пока не упираюсь спиной в стену.
Кто это звонит? Да так поздно, да ещё когда я как раз рядом с телефоном сижу. Кто мне будет звонить?
На полпути в воздухе замирает моя рука, в груди тяжело колотится сердце, и снова этот страх, снова паника из ночного кошмара.
Уже почти снимаю трубку, но тут включается автоответчик.
– Привет, вы позвонили Тесс, Марку и Джейми. Нас нет дома, но можно оставить нам сообщение после звукового сигнала.
Мой голос озорной и энергичный, как у ведущего игрового ток-шоу, – не узнаю себя.
Задерживаю дыхание: сейчас опять положат трубку, как и раньше. Но нет, слышится шум, как будто порыв ветра.
– Марк, где тебя, сука, носит? Час назад должны были встретиться.
Мужской голос, и до того резкий, что я вскрикиваю, не успевая закрыть руками рот, – как будто он может услышать.
– Три месяца уже, – говорит он суровым тоном, в каждом слове слышится раздражение, злость. – Пора бы тебе уже и закончить начатое. Я тебе сразу сказал: я ждать не привык, терпение испытывать не надо. Так что давай перезванивай – нужно кое-что перетереть.
В трубке раздаётся шорох, а в твоём кабинете, в полутора метрах от меня, дребезжат стёкла и оконная рама.
Замираю, не в силах пошевелиться. Это что, тот же порыв ветра, что и в трубке? Он что, снаружи, ходит перед домом? Это его шаги я услышала, когда ты мне сказал, мол, олень это?
Обнимаю колени руками, кусаю губу. Марк, страшно.
Сигнал автоответчика. Всё, нет этого человека. Только и слышно, как тяжело дышу.
