Автор
Три влиятельных кубинских дипломата получили накаленное поручение найти Карлоса Ильича Рамиреса Санчеса — человека, считают ключевым в международной террористической сети. Убийство двух французских спецагентов и ливанского осведомителя случилось в самом сердце Латинского квартала Мадрига. Найдите Ильича, и вы открываете двери к самой сложной тайне века — атмосфера охоты за человеком становится все более загадочной и ужасной....
Я пока ничего не сказал.
Де Анжу улыбнулся.
— У тебя нет ничего, что можно было бы сообщить по этому вопросу. Но я все же жду твоих вопросов, Дельта.
— А думал, что это Бержерон. Жаль."
"— Может быть, а может и не быть. Для меня это уже не имеет значения. Через несколько дней я собираюсь вернуться в Азию.
В глазах Джейсона неожиданно возник изможденный облик генерала Вилье. Он вспомнил свой долг перед старым солдатом и понял, что у него нет права терять возможности узнать правду.
— Когда в это дело была втянута жена Вилье?
Брови де Анжу изогнулись.
— Анжелика? Да, конечно, ты ведь называл парк Монсю, не так ли? Когда?
— Рассказывай! — настаивал Борн.
— Видел ли ты ее достаточно близко? Я имею в виду ее кожу?
— Да, я был от нее достаточно близко. Она имеет весьма своеобразный оттенок. Скорее всего это похоже на загар.
— Она постоянно поддерживает свою кожу в таком состоянии. Ривьера… Греция… Коста дел Сол. Она никогда не была без загара. Это служит прикрытием того, кто она на самом деле.
— О чем ты тут толкуешь?
— Хотя очаровательная Анжелика Вилье и считается парижанкой, то на самом деле она испанка, а если точнее — она из Венесуэлы.
— Санчес… — проронил Борн.
— Да. Среди немногих, кто говорит о подобных вещах, считается, что она кузина Карлоса, его первая любовь с младых лет. Возможно, что это слухи или досужие домыслы, но тот факт, что он заботится о ней, как ни о ком на свете, бесспорен.
— А Вилье выполняет роль трутня?
— Терминология из арсенала «Медузы», Дельта. Да, Вилье трутень. Карлос очень умело внедряет свои щупальца в государственный аппарат, включая и отделы, занимающиеся его собственной персоной.
— Блестящее решение! — восхитился Борн. — Оно немыслимо для окружающих.
— Абсолютно!
Борн подался вперед, резко меняя тему разговора.
— Тредстоун, — произнес он, сжимая обеими руками стакан.
— Что я могу тебе рассказать?
— Все, что знают они. Все, что знает Карлос.
— Не думаю, что у меня получится целый рассказ. Я слышал лишь отдельные клочки разговоров, ведь меня использовали чаще, как консультанта по делам «Медузы».
— Что ты слышал? Что у тебя сложилось из этих клочков?
— Что я слышал и сложил из этих клочков, все это дает весьма неполное представление.
— Рассказывай, что знаешь.
