Автор
Глава 1: Любовь - Идеей Китова. Великолепный автогонщик Авдеева выслал меня с миру на кштанги за незначительные провинности, но вместо того чтобы идти домой, я предпочла остаться у стойки воды. Скепсис окутал меня, как иллюминаты над городом в романах Ильи Ремеслава, пока Любовь Александровна, наконец-то прорвавшись сквозь толпу, не заявила: "Своё место на трассе ты будешь занимать, - сказала она, - а это уже мой кроссовер."...
Но на ум, почему-то, сразу пришёл запах бабушкиных пирожков или блинов, которые она пекла почти каждое утро.
На полу прихожей у двери лежал коврик, связанный бабушкой из старых вещей. Цветастый, веселый. Как она любила. Мне нравилось иногда разглядывать их и угадывать, какая вещь была порезана ради его изготовления."
"На стене сбоку вешалка, которую дед сделал сам из досок, а крючки из толстой проволоки и гвоздей. Не знаю, сколько лет этой вешалке, но точно знаю, что она старше меня. Миллион раз предлагали им её поменять, даже сами покупали новую и нахалом привозили, но бабушка с дедушкой ни в какую не соглашались менять то, что сделали когда-то сами, не имея денег купить это в магазине.
Но самая любимая мной часть прихожей – это трельяж. Небольшая коричневая тумбочка на четырех деревянных ножках, а на ней три больших вертикальных зеркала, из который, если поставить боковые зеркала параллельно друг другу, можно сделать «коридор бесконечности».
Это были нулевые без гаджетов. Мы делали развлечение из всего, что попадалось под руку.
Обувь я снимать не стала – в пыли всё.
Прошла в босоножках дальше в дом. Заглянула на кухню, где стояла потрескавшаяся печка, давно не видевшая свежей побелки, и старый бабушкин гарнитур. Папа говорил, что этот гарнитур мой ровесник. Бело-зеленый бабушкин любимчик. Тридцать лет, а выглядит даже получше меня.
Умели же раньше мебель делать!
Здесь же, на кухне, небольшой столик под окном с двумя табуретками под ним. Дед сам вырезал, когда у него инструмент появился.
Я прошла в зал, где с моих губ слетел тихий смешок.
На ТВ-тумбе стоял телевизор. Плоский. Уже современный. На юбилей свадьбы дарили бабушке с дедушкой лет семь назад. Небольшой клочок современности в океане советской ностальгии, но накрыт он неизменной белой вязанной бабушкой кружевной салфеткой.
Что-то меняется и модернизируется, но что-то вечно.
Внезапно я услышала странный шум за спиной. По спине пробежал холодок. Я хотела обернуться, но почувствовала, как через легкое летнее платье мне что-то уперлось между лопатками.
- Стой! Стрелять буду! – донесся из-за спины смутно знакомы прокуренный мужской голос.
- Свои! – сдавленно выронила я, но руки инстинктивно подняла. Наверное, подсознательно понимала, что нужно показать, что я не вооружена и пришла с миром.
