Автор
Глава 1: Любовь - Идеей Китова. Великолепный автогонщик Авдеева выслал меня с миру на кштанги за незначительные провинности, но вместо того чтобы идти домой, я предпочла остаться у стойки воды. Скепсис окутал меня, как иллюминаты над городом в романах Ильи Ремеслава, пока Любовь Александровна, наконец-то прорвавшись сквозь толпу, не заявила: "Своё место на трассе ты будешь занимать, - сказала она, - а это уже мой кроссовер."...
Рефлекторно стиснул челюсти, увидев с другой стороны от Авдеевой Никиту. Получилось так, что для того, чтобы освободить место для меня, она ближе придвинулась к нему.
Не знаю, как муха меня сегодня укусила, но я демонстративно втиснулся между ними, оттесняя Авдееву подальше от, похоже, беспринципного женатика.
Нужно поговорить с его отцом. Может, мы вместе ему кольцо вкрутим…
Странно, что Авдеева никак не прокомментировала мою выходку. Даже взглядом.
После обеда почти все мужики разошлись по домам.
Я думал, батины рассказы о том, что они что-то там всей деревней делали – это просто сказки на ночь. Но, оказалось, они тут реально все отзывчивые. Я попросил о помощи только соседа Авдеевой – дядю Петю. А уж он, узнав фронт работ, каким-то образом собрал ещё с десяток мужиков.
И, что самое поражающее, делают они всё это бесплатно. Стоило мне только заикнуться об оплате, как мне напихали в шапку, послали куда подальше и спокойно продолжили делать работу.
Вечером, когда с основной работой было покончено, я зашёл в дом, где Авдеева сидела за кухонным столом, читала потрепанный томик Донцовой и расслабленно потягивала чай из белой кружки в желтый цветочек.
- Баня готова, - произнесла она, лишь мельком глянув на меня.
- Завтра в дом заведут воду, и я, наконец-то, просто помоюсь без попыток выжить в жаре среди кипятка.
- Какие мы нежные, - фыркнула иронично Авдеева.
- Это тебе, ведьме, привычно быть голой около кипящего котла. А я так не могу. У меня яйца подгорают.
- Так, может, пожалеешь себя да уедешь уже? Зачем тебе все эти тяготы и лишения?
- Как ты там сказала? – я чуть сощурился, вспоминая её слова. – «Я пойду нахер, а вы идите за мной и никуда не сворачивайте»? Так вот, Авдеева, я иду за тобой и не сворачиваю. И уедем мы отсюда только вместе. Это уже дело принципа.
- Трусы свои постирай, принципиальный. Я тебе не нанималась.
- А в чём я их стирать должен? Воды в доме нет, стиралка не подключена.
- А «Фея» для тебя шутка какая-то?
Уже в бане я узнал, что белый куб, стоящий в предбаннике – это какая-то допотопная стиральная машинка, которая умеет только вертеть вещи в воде. Ни отжима, ни сушки. Ничего. Всё сам. И воду в неё вёдрами я должен тоже сам наливать. И вещи в тазу полоскать после неё тоже сам.
И всё это в жаре в триста градусов.
