Автор
Карина шлепает по бесконечному коридору университета, зная, что её приглашают на очередную пару – самую длинную и скучную. Вместе с ней я устало плетусь, разделяя её несчастье в общаге под крылом таракана. Однако хихиканье в конце концов становится почти приятным.
Встала со стула, бросила ещё один взгляд на спящую маму и в сопровождении Антонины Сергеевны покинула палату, вернув ей халат. Бахилы выбросила в мусорку на улице.
Антонина Сергеевна жила на соседней с больницей улице. Дорога до ее дома заняла всего несколько минут по морозному осеннему ветру.
В квартире было тихо, тепло и уютно. Только персидский Батончик встретил меня криком, а затем громким мурчанием, когда узнал.
Антонина Сергеевна приготовила для меня не просто завтрак, а целый банкет. Даже пирог с персиками, который я, мелкая, когда-то у неё хвалила и жевала за обе щеки.
Но сегодня аппетита не было. Я смогла впихнуть в себя только половину омлета и сладкий чай.
Затем организм сказал, что он хочет вздремнуть хотя бы пару часов.
Выцарапала линзы из глаз. Уже было больно моргать от их столь долгого присутствия в моих глазах.
Умылась и устроилась под вязанным пледом на диване в гостиной. Следом за мной пришёл мурчащий, как трактор, кот, который вероломно забрался под плед и улегся головой мне на руку, сразу уснув.
Сама не заметила, как уснула следом за ним.
Зато пробуждение вышло весьма заметным, когда я, распахнув глаза, обнаружила в квартире абсолютную темноту. В дверь кто-то звонил.
Скинув плед, метнулась в прихожую, открыла дверь и наткнулась на Антонину Сергеевну в её неизменном зеленом берете.
– Разбудила? – виновато спросила она.
– Да. И спасибо вам за это, – стала я торопливо собираться в больницу.
– Ясенька, не ходи туда, – пыталась меня остановить женщина, как-то особо жалобно глядя.
– Завтра рано утром я уезжаю обратно, так что мне нужно договориться с мамой о том, где и когда я её встречу в своем городе. Может, уже квартиру нужно будет снять или работу ей начать подыскивать… – рассуждала я на ходу, всовывая руки в рукава куртки.
– Ясенька… – потянулась ко мне женщина.
– Спасибо вам, Антонина Сергеевна, – обняла я ее порывисто и сразу отпустила, боясь причинить дискомфорт. – Вы самая лучшая на свете.
– Моя девочка, – поймала она меня и снова притянула к себе.
– Так надо, – успокоила я её улыбкой. – Всё хорошо. И еще раз спасибо вам за всё.
Вышла из квартиры и быстрыми шагами дошла до больницы.
К счастью, до окончания посещений больных оставалось ещё семь минут. Потом можно было отсидеться в коморке и снова вернуться в палату к маме.
Накинув халат и бахилы, поднялась в двадцать четвертую палату.
Открыла дверь.
