В темных коридорах Лондона проходит очередной вечер турнира бокса. Богдан - опытный боец, с каждым бойком стремясь подняться выше, но всегда опасаясь быть отброшенным вниз молодыми, клоунами-старожилами. Каждый новый день может стать последним для него на высоте.
Должно же быть что-то еще?
— Я предпочитаю не говорить о том, чего нет, — устало отвечаю, ожидая очередной истерики.
Хрен с ней, решила покачать права? Окей. Нужно расставить все точки.
— И ты так просто это говоришь?! Что тогда между нами происходит два года?!
— Взаимный пиар, неплохой секс и… — задумываюсь, — пожалуй, все. Не устраивает мое, как ты выразилась, «бл*дство»? Мы всегда можем громко и с пафосом разойтись, и на этом фоне ещё раз пропиарить друг друга, — допиваю ром и играю льдом в бокале, звеня им о стенки.
— И, кажется, раньше тебя совершенно не волновало, кого я трахаю в твое отсутствие. Что-то изменилось, моя меркантильная девочка? По-моему, тебя вполне устраивали наши взаимовыгодные отношения.
Юлиана, наконец, прекращает делать вид, что плачет, принимает сексуальную позу, словно ее снимают, и отворачивается к окну, вздернув подбородок. Актриса готова, сейчас начнется монолог. Иногда мне кажется, что она ничего не делает спонтанно или на эмоциях, а тщательно готовится ко всему и анализирует каждое слово.
— Да, меня вполне устраивало то, что между нами происходило, — начинает Юлиана, театрально смотря в сторону океана. — Заметь, это было выгодно нам обоим! — уточняет она, как будто я отрицаю. — Потому что чувств не было! Физическое влечение, страсть, хороший секс и постоянное мелькание в прессе — все, что мне было нужно. Поэтому мне было плевать, с кем ты спишь, главное, чтобы это никак не влияло на нашу легенду.
— Что ты имеешь в виду? — не понимаю, о чем она говорит. Я не святой, но никогда не позволял ничего большего, чем просто секс. Все девки одноразовые, никаких повторных встреч, дабы избежать навязчивости.
— Не перебивай меня! Это не имеет значения!
— Продолжай, — театрально кланяюсь, вновь падая в кресло.
