В темных коридорах Лондона проходит очередной вечер турнира бокса. Богдан - опытный боец, с каждым бойком стремясь подняться выше, но всегда опасаясь быть отброшенным вниз молодыми, клоунами-старожилами. Каждый новый день может стать последним для него на высоте.
Ну что он мне сделает? Больнее и страшнее, чем раньше, уже не будет, поэтому я ничего не теряю.
— Вы знакомы? — вдруг спрашивает меня Герман, когда мы выходим на улицу.
— С кем? — делаю вид, что не понимаю.
Герман очень проницательный мужчина и многое читает между строк.
— С Идолом, — мужчина галантно открывает для меня двери, а сам заглядывает в глаза, которые я прячу.
— Нет, с чего вы взяли? Где я, и где Идол? Мне до него не дотянуться.
Мужчина прищуривается, а потом снисходительно улыбается, словно не верит мне. Он молча садится в машину, заводит двигатель и везет меня домой.
— Слишком много эмоций с его стороны к тебе, — произносит Герман, уверенно управляя машиной.
— Тут либо что-то личное, либо он на тебя запал.
— Скорее, второе.
— Тогда мой тебе совет, дружеский… — Герман задумывается. — Нет, это наказ начальника — не связывайся с ним, он использует девушек. Играет и выкидывает, — вполне серьезно, немного повышая для убедительности тон, произносит Герман.
Опоздал он со своими советами…
* * *Адам усердно печатает на моем ноутбуке контрольную, а я сижу на подоконнике, мешаю кофе и смотрю на заснеженный двор и молодую девушку с коляской — лет двадцать, не больше, а уже мама. И я могла быть мамой… Не знаю, почему моя память постоянно возвращает меня к этой мысли. Кажется, я помешалась, но мне все равно, я просто рассматриваю девушку с коляской и мешаю сахар.
— Прекрати! Мешаешь сосредоточиться, — цокает Адам. — Твой сахар уже растворился десять минут назад.
— Прости, зависла, — откладываю ложку, продолжая смотреть в окно.
Компьютер Адама в ремонте, а ему срочно нужно напечатать контрольную, и я стараюсь ему не мешать. На парковку подъезжает машина, из которой выходит парень лет двадцати пяти и подходит к девушке. Он целует ее в губы, трёт замерзшие руки и забирает коляску. Они семья. Не то чтобы я когда-то хотела детей — мне ещё рано об этом думать, но в моей жизни уже был ребенок, а я его убила…
Закрываю глаза, мотаю головой, пытаясь вытрясти навязчивые мысли.
