Автор
Богдан провел ещё одну ночь в бесконечной серийке боев, где каждое сражение может быть последним. Сегодняшний поединок — это очередная попытка поднять рейтинг среди зрителей для компании-промоутера. Богдан откровенно относится к таким бойцам как "креативные мажоры", готовые продемонстрировать свой мастерство на людях ради небольшого приза....
Хотя я виновен не меньше. Нет, я не снимаю с себя ответственности, но Юлиана не имела никого права вот так цинично решать судьбу Алисы и моего ребенка, и за это я хочу ее уничтожить. Часовое избиение груши не помогло. Стоит мне только включить голову, и ярость вспыхивает с новой силой.
Долго ждать не приходится. Юлиана буквально вылетает в зал ожидания. Забирает чемодан, завидев меня, расправляет плечи и с улыбкой идёт ко мне. Осматриваю девушку — волосы, глаза, черты лица, фигуру, брендовые шмотки — и понимаю, что она действительно красива.
— Приве-е-ет, — тянет она и подается ко мне. Отклоняюсь, не позволяя к себе прикоснуться. — Какой ты сегодня строгий, — смеётся девушка. Довольная, думает, я приехал снять наши отношения с паузы.
— Пошли! — забираю у нее небольшой чемодан и быстро иду к стоянке. Юлиана бежит за мной, звонко стуча каблуками. Что-то щебечет, но я не слышу, дышу полной грудью, чтобы не сорваться и не натворить дел. Мы садимся в машину, но никуда не едем, разворачиваюсь к Юлиане и прерываю ее трёп.
— Помнишь, год назад ты летала со мной в Берлин на бой? — спокойно спрашиваю и ловлю ее реакцию.
— Да, помню, — хлопает ресницами, делая вид, что ничего не понимает. — К чему этот вопрос? — с интересом спрашивает.
— Ты взяла мой телефон и ответила на сообщение…
— Какое сообщение? — мастерски отыгрывает удивление, и меня срывает.
Хватаю ее за шею и притягиваю к себе.
— Мне писала девочка о том, что беременна, мать заставляет сделать ее аборт, и ей очень страшно, — вкрадчиво произношу, смотря, как расширяются ее глаза. — А ты ответила ей! И удалила все с моего телефона.
— Я ничего не читала и никому не писала! Если какая-то шалава забеременела от тебя, то не надо скидывать вину на меня! — возмущённо кидает она, и я сжимаю ладонь на ее шее.
— Не надо строить из себя святую невинность! Ты, тварь, поломала жизнь девочке и стала соучастницей убийства моего ребенка, — рычу в лицо, смотря, как Юлиана бледнеет, сжимаю шею сильнее, чувствуя, как девушка впивает ногти в мою руку, пытаясь глотнуть воздуха. Понимаю, что нужно ее отпустить, но убрать руку не могу.
