Павел мрачно курит сигарету, ожидая объявления Семёна. В комнате царит напряжение — каждое слово кажется отражением будущего сюжета. Темнота и тихий шепот делают атмосферу не только угрожающей, но и привлекательной для тех, кто готов поучаствовать в игре истинных мастеров....
– Как Ника? – неожиданно спрашивает он и принимает расслабленную позу.
– С ней всё хорошо. Отдыхает, гуляет.
– Значит, вы довольны товаром? В постели устраивает? – Это что ещё за вопросы? Даже у Лизы глаза стали больше. Он правда назвал мою пару товаром? Совсем жить надоело?
– К чему это?
– Да вот хотел понять, надоела она вам или зашла. Ведь это встреча именно ради неё.
– У нас всё отлично, и к тебе она не вернётся."
"– Ладно, – быстро соглашается, но я понимаю, что это не всё.
– Так просто?
– Нет, конечно.
Ха, да он и правда не знает границ! А аппетиты какие!
– И что это за территория? – спрашиваю, желая узнать степень его жадности.
– Одного города мне мало, тесновато уже. Бизнес развивается, ширится, сами понимаете. Как насчёт ещё пяти? С вас помощь на первых порах и люди. А когда я наведу свои порядки, ещё раз встретимся и всё обсудим.
Для начала? Да этот парень и правда жаден до власти.
Переглядываюсь с Елизаветой и Елизаром и вижу, как они уже мысленно его четвертуют.
– С чего ты решил, что я соглашусь на это?
– Тогда возвращайте Нику. Придётся её, конечно, немного наказать за то, что легла под другого, но это уже наши разборки.
Зря он это сказал! О моей паре можно только хорошо или никак!
Взмахиваю рукой и киваю, отдавая приказ своим парням.
Один, два – и всё.
В живых остаётся только Роман, который, испуганно вжавшись в кресло, смотрит на меня.
Я же поднимаю взгляд и думаю, что сделать с этим смертником.
– Мальчишка, а ведь тебя предупреждали! Ты кому решил диктовать условия? Мне? Вздумал поиграть?
Тот лишь качает головой, и я вижу в его глазах не только злость, но и страх! Правильно. Пусть боится! Я Каратель, а не мать Тереза. Щадить – не моё, а вот отправлять на тот свет – запросто.
Но я хочу быть лучше ради Ники. Да, с ней поступили сурово, но моя светлая девочка не желала этой мрази смерти. Пусть мучается, но живёт.
– Убьёте? – выплёвывает, смотря, как уносят тела его людей.
– Нет. Вероника бы это не одобрила. Но урок тебе преподам, – говорю, вставая.
– Какой?
– За твою жадность я заберу всё. Лиза, приступай, – отдаю приказ и уже направляюсь к дверям, когда меня накрывает странный приступ паники.
