Павел мрачно курит сигарету, ожидая объявления Семёна. В комнате царит напряжение — каждое слово кажется отражением будущего сюжета. Темнота и тихий шепот делают атмосферу не только угрожающей, но и привлекательной для тех, кто готов поучаствовать в игре истинных мастеров....
Неужели охрана веселится?
Уже хочу пойти дальше, весело посмеиваясь, как к довольным крикам первой девушки присоединяются другие. Женские!
Ого, да у нас не дом, а бордель! И кто такой жеребец?
Тихонько подкрадываюсь к двери и заглядываю в щёлку, которую так любезно оставили для меня. И тут улыбка слетает с лица, а я не хочу верить в увиденное.
– Рома? – шепчу и, не отрывая взгляда, смотрю, как мой жених шпарит двух шлюх, которые стонут всё громче и громче.
Мужчина вколачивается в зад одной и прикусывает грудь другой.
Странно, я думала, Роман нежный любовник. Иногда в нём проскальзывало что-то звериное, но сейчас… Передо мной настоящий жёсткий трах. А когда жених начинает шлёпать девушку, да так сильно, меня аж передёргивает. Это ведь точно больно.
Руки ослабевают, и чехол падает к ногам, задевая дверь и открывая её.
Стоны становятся громче, жених уже рычит и буквально натягивает на себя девушку, которой, судя по лицу, уже не так приятно, как прежде. Но она не сопротивляется. Вторая же отсела в сторону и словно ждёт своей очереди. И тут её взгляд обращается ко мне, и в нём нет ни капли сожаления.
– А у нас пополнение! – радостно сообщает она.
Рома только поворачивает голову, не прекращая толчков.
– Вероника, стой на месте, – командует грозно, и я стою! Как дура или испуганная овца.
Как так? Мы же хотели пожениться! И почему мой жених не останавливается? Почему не идёт утешить меня, а приказывает смотреть на это?
Миллион вопросов – и ни одного ответа.
Я продолжаю стоять, наблюдая, как точно бывший жених кончает с довольным лицом, а потом лениво поднимается с постели и смотрит на меня так… Это не мой Рома! Я не знаю этого жёсткого мужчину с усмешкой на лице.
– Так, девки, идите искупнитесь. Придёте, когда позову. А ты садись! – И указывает мне на кресло около окна. Опять этот командирский тон, которому я не могу сопротивляться. А может, мне просто страшно?
Девицы, весело посмеиваясь, сползают с кровати и, виляя голыми задницами, уходят в ванную. Пока я провожаю их взглядом, Роман натягивает джинсы и, подойдя к бару, наливает себе креплёного напитка.
– Жаль, что ты это увидела.
