Автор
В комнате сияли лучи солнца, придавая ей светло-розовую мечтательную тень. Девушка, одетая в простое белое платье, изумленно осмотрела прикроватную тумбочку со своим часами. Часы показывали два часа дня – странное время для ненавязчивого кокаина и шалостей с Моретти. Улыбка растянулась по ее лицу, отражая не только радость, но и сладострастную печаль за проведенное в постели время....
Похоже, «Игра фантазий» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В то утро маленькая, отгородившаяся от всех девочка проплакала до самого заката солнца, навсегда прощаясь с тем образом милой женщины, которую она когда-то всецело обожала и боготворила."
"А уже на следующие сутки она стала другой. Холодной, капризной, властолюбивой девочкой, похоронившей глубоко в своем сердце былую нежность и наивность. В тот день родилась новая Микелина Мелисса Горнели, не пасующая перед жизненными преградами и не боящаяся посмотреть в лицо подстерегающей ее опасности.
Пытаясь успокоиться и выкинуть ненавистный кошмар из головы, Мике зябко поежилась от нахлынувшей на ее нагое тело ночной прохлады.
В предрассветный час отведенная ей просторная комната наполнилась крадущимися по полу тенями, отчего дрожащей девушке на мгновение стало неуютно и невыносимо одиноко посреди огромной двуспальной кровати.
Смокинга не было.
А это значит, что посреди ночи Моретти все же приходил к ней, но так и не остался.
Вновь почувствовав себя никому не нужной, несчастная девушка безвольно упала обратно на матрас, крепко зарываясь лицом в подушку…
Пролежав в постели до самого восхода солнца, Микелина неохотно приподнялась на локтях, с безразличием наблюдая за игрой ярких солнечных зайчиков, оповещающих все вокруг о начале нового дня.
Но только не в такие дни, как этот.
В моменты своей глубокой эмоциональной апатии, вызванной периодическими ночными кошмарами, она ненавидела Тирренское море. Ненавидела за то, что оно не забрало ее. Оставило жить на этом свете со своим горем, волоча приписанный ей неподъемный крест изо дня в день. Ненавидела оттого, что где-то там ей было бы хорошо и спокойно, а здесь же ее опустевшую душу угнетала лишь лютая боль.
