Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
Эксперт не мог ошибиться со временем наступления смерти?
– Исключено, – покачал головой Юра, – ты рассталась с Алферовым в 23.50, труп осмотрен на месте обнаружения в 4.20 утра. Время наступления смерти – ориентировочно 24.00 плюс-минус пятнадцать минут. Прошло слишком мало времени, чтобы эксперт мог ошибиться на полтора-два часа. Даже и не думай об этом. Подумай лучше о другом: твои сигареты я все-таки нашел.
– Где?! – встрепенулась Настя.
– Недалеко от служебного входа в корпус. Пачка темная, на голой земле ее не видно, если специально не искать.
"– Кое-что скажу. Зачем Алферову идти к служебному входу, когда основной вход намного ближе? Прогулочная тропа там не проходит. Значит, он либо шел туда с какой-то целью, может быть, следом за кем-то. Либо его уже мертвого несли в корпус через служебный вход. Давай на минуту забудем про заказное убийство и прикинем, как могло случиться, что человека, только что мирно сидевшего на скамейке в парке и ничем не встревоженного, через пять минут убивают мастерским ударом карате.
– Тогда надо исходить из того, что он что-то увидел. Что-то, для его глаз не предназначенное. Или кого-то, кого он видеть не должен был. Есть идеи, как это проверить?
– Есть. Частично это можно проверить здесь. Но основную часть – только через Москву.
Настя замолкла и некоторое время шла задумавшись, поддевая ногами опавшие листья.
– Юрик, ты помнишь, что я говорила тебе вчера насчет газет?
– В общих чертах.
– В стране только что произошли серьезные события. Мы оба с тобой помним, что в это время было в прессе. Советы дрались с Администрацией. А в Городе – удивительное единодушие, никаких склок, полное спокойствие. Сразу после подавления путча горсовет тихо-мирно сложил свои полномочия и чуть ли не на блюдечке со словами вечной благодарности поднес куда ему велели. Я ведь не поленилась, пошла в процедурный корпус, там для ожидающих всюду газеты валяются, чтобы в очереди не скучали, нашла и двухмесячной давности издания.
