Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
Надо только твердо поставить условие, что если с моей помощью этих людей обнаружат, то они не станут жертвами «разборки», а будут переданы в руки правосудия. Да, пожалуй, это и есть главное условие. Хорошо бы еще придумать способ, как добиться его соблюдения».
Настя разорвала на мелкие клочки исчерченные одной ей понятными схемами листы, выбросила их в туалет и легла в постель. Ее слегка знобило то ли от холода, то ли от нервного напряжения. Она вспомнила о звонке Леше и еще раз удивилась своему равнодушию.
* * *Светлана Коломиец и ее ангел-хранитель, маленький Влад, жили на теплой зимней даче Денисова в компании двух охранников. Света наслаждалась дармовым отдыхом, много спала, гуляла по огромному, заросшему деревьями участку. Ей не хотелось ни о чем думать, да и вообще думать она не очень любила.
Владу дали все необходимое, чтобы он чувствовал себя хорошо.
"– Самое главное, – не уставал он повторять, – не проговориться про кино. Ты запомнила? Пока мы не сможем быть абсолютно уверены, что попали в руки не к нашим киношникам и не к их друзьям, мы должны молчать. В противном случае мы сразу станем опасными свидетелями.
– Ладно, ладно, – вяло отмахивалась Света.
