Автор
Дорович уже привык переключаться любой разговор с учениками на «отцы и дети», особенно обсуждение матерей вызывало у него жгучее раздражение. Теперь это стало обычным явлением, даже после обеда, когда он не мог больше сдерживаться и часто оборачивался грубым тоном или криком. Вот сейчас его накрыло очередное ощущение, что все вокруг рушится под ногами — в этот момент позвонил родной брат, вызвавший у него одновременно облегчение и страхи....
Убийство раскрыто, делать ему здесь нечего.
– Послушай, у меня появилась идея. Что, если сделать по местному телевидению передачу, посвященную проблемам преступности? Пригласить Репкина, тебя и этого парня из Москвы. И поговорить о том, как в Москве плохо и как у нас хорошо. А? Как тебе такое предложение?
– Предложение интересное, – осторожно ответил шурин, снова снимая очки и медленно протирая их, чтобы успеть собраться с мыслями. – Но боюсь, что ничего не выйдет. Московский сыщик не сегодня-завтра уедет, и задерживать его здесь нам никто не позволит, да он и сам не захочет, а для того, чтобы сделать передачу, нужно писать сценарий и вообще готовиться.
– Жаль, – непритворно огорчился мэр. – Без москвича передача не получится, надо, чтобы он сам рассказал про московскую преступность и поделился впечатлениями о нашей криминальной обстановке. А если сделать прямой эфир? Договорюсь на телевидении, мне не откажут, я все-таки мэр.
– Я думаю, – медленно ответил шурин, тщательно подбирая слова, – что этого вообще не следует делать. Пример других городов показывает, что народ начинает задумываться над проблемой не тогда, когда проблема реально появляется, а тогда, когда об этом начинают говорить журналисты. Люди привыкли верить печатному слову: если журналисты заговорили – значит, дело плохо и на пороге катастрофа.
– Но я ведь не собираюсь говорить о том, что преступность растет. Я, наоборот, хочу показать, что у нас обстановка намного лучше, чем в других местах.
– Я понимаю. Но сам факт обсуждения проблемы может сыграть негативную роль. Послушайся моего совета, не связывайся с этим.
– Хорошо, я подумаю, – неожиданно сухо ответил мэр.
* * *В тот же день поздно вечером шурин мэра позвонил Денисову.
– Мой родственник затеял организацию передачи на телевидении по проблемам преступности.
– И что? – не понял Денисов. – Что в этом плохого? Пусть делает. Это прибавит ему престижа в глазах народа.
– Он хочет сделать прямой эфир и пригласить оперативника из Москвы, чтобы тот подтвердил, как в Москве плохо с организованной преступностью и как хорошо с этим у нас. Этого нельзя допускать ни в коем случае.
