Я позволила себе краткий облегченный вздох. Сразу же с души огромный камень свалился. Однако тогда совершенно непонятно, почему она позволяет себе так фривольно с ним общаться. Или же это недостаток воспитания? Но к Кайлу она так не липнет, хотя, что скрывать, тоже позволяет себе лишнее, недопустимое в приличном обществе.
— Тогда почему тебя это интересует? — уже смелее повторила я свой вопрос. — Дейла, прости, но тебе не кажется, что в таком случае это немного не твое дело? При всем моем уважении, но если между мной и Седриком что-нибудь есть, тебя это не касается.
— Так-то оно так, — легко согласилась со мной Дейла, но в следующий миг ее синие глаза полыхнули злым обжигающим пламенем. Девушка шагнула ко мне так стремительно, что я с трудом удержалась от невольного испуганного восклицания, и прошипела, словно потревоженная гадюка: — Однако учти, найна, если ты заставишь его страдать, я вырежу тебе сердце и скормлю его бродячим собакам. Ясно?
Я попятилась от столь неожиданного напора. Дейла смотрела на меня, не отводя пристального немигающего взгляда, и было понятно, что она как никогда серьезна.
— Ясно, — буркнула я. С трудом выдавила из себя блеклую улыбку, надеясь обратить неприятный разговор в шутку. — А почему, собственно, тебя так заботит Седрик? По-моему, он вполне может позаботиться о себе сам.
— Может, — спокойно согласилась со мной Дейла. — Но у него есть глупый принцип — никогда не поднимать руку на женщину. Даже если она этого заслуживает. Когда-то этим воспользовалась некая стерва и так его обидела, что он несколько лет в себя приходил. Нет, он сам не жаловался, но мне его друзья рассказывали, как он тогда переживал. И я больше не позволю, чтобы он страдал из-за какой-то высокомерной горделивой дворянки. У вас одни деньги да титулы на уме. Поэтому знай: если что, дело иметь будешь со мной. Я слишком ему обязана, чтобы безучастно наблюдать, как его будут мешать с грязью. Ясно?
Я кивнула, не собираясь вступать с этой ненормальной в спор. Интересно, как бы она отреагировала, если бы узнала, что той самой стервой, о которой упоминали друзья Седрика, была я? Впрочем, мне еще слишком дорога жизнь, чтобы рискнуть это узнать.
— Вот и отлично. — Дейла расплылась в лживой улыбке. — Будем считать, что мы пришли к взаимному согласию.
— А Седрик знает, что ты так печешься о его душевном спокойствии? — полюбопытствовала я напоследок.
— Понятия не имею. — Дейла равнодушно пожала плечами. — Нет, ты можешь, конечно, ему на меня пожаловаться. Мол, так и так, злая Дейла меня обидела. Предполагаю, после этого он серьезно поговорит со мной и скажет, что мое поведение выходит за всяческие рамки приличия. Но мне плевать. Он все равно ничего не сможет сделать с тем, что я всегда буду защищать его.