В темном зеркале отражались тени посетителей и скептических взглядов на происходящее — казалось, они тоже влюбились в загадочную комнату. Здесь каждое движение играло ключевой роль, а сила притяжения была столь велика, что даже призраки предпочитали общение через отражения....
— Да, — храбро солгала я, опять принявшись изучать ковер под своими ногами, чтобы вновь не испытать на себе влияния его жутких глаз.
— Глупо, — безмятежно резюмировал он. — Найна Беатрикс, если честно, вы разочаровали меня. Не ожидал столь идиотского поступка от вроде бы умной девушки. Зачем вам выгораживать Седрика? Если верить моим источникам, которым нет нужды меня обманывать, ваше знакомство некогда закончилось не очень хорошо. Или вы вдруг воспылали жалостью к бедному некроманту, у которого всего-то и достоинств, что огромное количество откровенно нищих родственников, жаждущих выбраться из деревни?
— Не понимаю, о чем вы, — упорно стояла я на своем, хотя кровь резко прилила к моим щекам.
— Все вы прекрасно понимаете. — Себастьян отмахнулся от моего возражения. С внезапной сталью в голосе отчеканил: — Найна, я повторяю: игры закончились. Теперь или вы прямо отвечаете на мои вопросы, или мне придется прибегнуть к более жестоким методам. Не хотелось бы, конечно, применять их к столь симпатичной особе, тем более что существует определенный риск вызвать неудовольствие вашей семьи, но если другого выхода не будет… Какая мне разница — врагом больше или меньше?
Я аж поперхнулась от возмущения.
— Расскажи ему все, Трикс, — почти не разжимая губ, обронил Седрик. — Не усугубляй.
И неожиданно мне стало очень жаль приятеля.
— Тебе надо, ты и рассказывай, — с достоинством возразила я. Хмуро посмотрела на Себастьяна. — А я вообще-то обещала, что буду молчать. И намерена сдержать свое слово несмотря ни на что.
Себастьян резко встал. С грохотом отодвинул кресло и подошел ко мне. Я вжала голову в плечи, чувствуя, как его грозная тень нависла надо мною.
Дора рядом со мной от волнения начала икать. Я ощутила слабое дуновение ветра — это Себастьян взмахнул рукой. Обреченно зажмурилась, уже ощущая, что вот-вот щеку обожжет боль удара. Но он лишь прикоснулся к моему подбородку.
