Отряд героев пробирается через разоренные войной земли юга к Вороньей скале. Алерайский Султанат развязал наступление, и его летучие отряды сеют смерть и разрушение по всему Истланду. Путешественникам предстоит выжить в смертельно опасном пути и узнать, что их ждет в конце дороги.
Раздел Chitat.online для книги «Игра не для слабых: Дорога на юг» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Отряд героев пробирается через разоренные войной земли юга к Вороньей скале. Алерайский Султанат развязал наступление, и его летучие отряды сеют смерть и разрушение по всему Истланду. Путешественникам предстоит выжить в смертельно опасном пути и узнать, что их ждет в конце дороги.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Отряд героев пробирается через разоренные войной земли юга к Вороньей скале. Алерайский Султанат развязал наступление, и его летучие отряды сеют смерть и разрушение по всему Истланду. Путешественникам предстоит выжить в смертельно опасном пути и узнать, что их ждет в конце дороги.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Игра не для слабых: Дорога на юг» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И так тут здорово задержался.
Возле Марты я остановился на несколько секунд. Девушка этого даже не заметила. Продолжала выть, баюкая на коленях голову своего очередного возлюбленного. Надо было что-то сказать. Чем-то утешить её. Но нужные слова всё никак не приходили на ум. А те, что всё-таки добирались до моей черепной коробки, были банальными, пошлыми и пустыми.
А потом я внезапно осознал, что меня совершенно не трогает эта ситуация. Должна бы, но… За последние полгода перед моими глазами прошло слишком много смертей и слишком много поломанных судеб, чтобы переживать об ещё одной. Не первой и, наверняка, далеко не последней. И если поначалу смерть товарищей шокировала, вызывая целую бурю эмоций, то теперь… Она просто стала моим постоянным спутником. Таким же рядовым событием, как и все прочие. И вызывала не больше удивления и шока, чем восход солнца утром. Да и в сущности, Бернард был прав, когда сказал: «Поплачет и найдет новый хуй». Выразился предельно грубо, но в то же время — предельно точно. Твою то мать. В кого я превращаюсь…
Так ничего и не сказав, я двинулся дальше. В душную тьму квартердека, тихо радуясь тому, что Алерайцы снесли дверь с петель. Фобия, которую мне оставили на память святоши, всё ещё давала о себе знать. Даже когда за ручку держался я сам.
Внизу было душно. Пахло кровью, дерьмом и смертью. В спёртом воздухе средней палубы тяжелым, удушливым смрадом висели стоны раненных, вскрики оперируемых и тихий скрип скальпелей, разрезавших всё ещё живую плоть. Возле входа, на серой мешковине лежало три трупа. Над спасением бедолаг трудилось больше дюжины человек, и всё равно рук отчаянно не хватало.
— Долго ж тебя не было, — бросила Айлин, с трудом волоча к импровизированной кушетке из ящиков небольшой тазик с тёплой водой. Внезапно она остановилась и смерила меня удивлённым взглядом.
— Это ты где такой красивый халатик раздобыл? — поинтересовалась она, смерив меня подозрительным взглядом.
— Да там, на бриге, — пожал плечами я, — Наш заклинатель ветра оказался большим модником.
— Он был один? — девушка отпустила ручку бадейки и принялась раскладывать инструменты, готовясь к операции. Бойцу, лежавшему на её импровизированном столе стрела попала в бок. Ушла глубоко, но, похоже, не задела жизненно важных органов. Теперь её нужно было аккуратно протолкнуть насквозь и обработать рану так, чтоб не пошло заражение. Вытаскивать слишком опасно. Может оказаться с зазубринами и просто порвать мясо и всё, что будет рядом. Да и вырезать не вариант. Очень уж глубоко засела.
— Нет…"
"— А мне тогда чего не захватил? — Айлин взяла пузырёк с мутной белой жидкостью и дала его бойцу. Тот выпил залпом, поморщился и откинулся на кое-как свёрнутый кусок тряпки, служивший ему подушкой. Маковое молоко.
