В мрачных подземельях Айлин и её товарищи пытаются выжить, несмотря на бесконечные опасности. Ночь гулкими шепотами разносится по темным коридорам, а рой мыслей в голове героев с каждым днём становится всё более мучительным и трудноуловимым.
Касается и тут же отдёргивается назад, будто обжёгшись.
Ещё некоторое время фигуры стояли молча. Затем переглянулись и уселись на пол, прямо напротив нас. Одна из них, явно принадлежавшая мужчине, заговорила хриплым, каркающим голосом.
— Любопытно. Очень любопытно. Я бы даже сказал, поразительно, — он наклонил голову чуть набок, немного помолчал и добавил, — Интересная аура. Очень яркая, но… Хаотичная. Фрагментарная. Обжигающая. Будто скопище вспышек, по воле случая собравшаяся вместе. Что скажешь, Сюзанна.
— Ты, как всегда, судишь поверхностно, Альберт, — покачала головой женщина, — И торопишься с выводами.
Я вновь ощутил прикосновение. На этот раз уже не такое деликатное и осторожное. Щуп пробил оболочку моей ауры и устремился вглубь, явно намереваясь добраться до пульсирующих мягким бело-голубоватым светом энергетических центров.
Щуп коснулся одного из узлов. Самого яркого — того, что находился в груди. Коснулся и тут же исчез, растаяв в воздухе. Маг брезгливо поморщился.
— Да, ты права, — сказал, наконец он, нарушив вновь повисшее молчание, — Такая аура просто не может принадлежать живым существам. Но, тем не менее, они живы. Они дышат. От них не воняет гнилью и разложением. Так что это действительно, поразительно, как я уже говорил ранее.
— То, что они дышат — верно, — кивнула женщина, — Равно как и то, что от них не несёт мертвечиной в буквальном смысле этого слова.
Я открыл было рот, намереваясь вмешаться в их разговор, но маг снова щёлкнул пальцами, и слова буквально застряли у меня в глотке. Айлин попыталась дёрнуться, однако колдунья быстрым, но в то же время изящным жестом успокоила и её.
Я почувствовал, как во мне начинает закипать злость. Суки драные. Припёрлись, хотя их явно никто не звал. И рассматривают нас, будто мы какие-то диковинки. Даже нет, не так.
