Вовца по-прежнему стоял на узкой проходной, задумчиво провожая взглядом бюрократическую документацию. Наконец решившись, он вышел через широкую дверь под знаком "Спасибо за ваш труд!", чувствуя легкий сквозняк от цехов и непрекращающийся шум завода. Впереди его ждала неизвестность, но в глубине души он понимал, что игра по-крупному начинается именно здесь....
Он опасался, что в ситуации неизбежного стресса вдова оставит его без необходимой информации. Но, поразмышляв, пришел к выводу, что если она преспокойно спит с любовником, то особого стресса быть не должно. Вряд ли у неё была такая уж сильная любовь к пожилому мужу, пусть даже очень богатому. Баба та еще.
Так оно и оказалось. Радости это ей не доставило, но принесло заметное облегчение. Она сразу начала соображать и подсчитывать, чего и сколько понадобится для похорон. Но Вовец заверил, что это уже не её проблемы.
"Она высказывалась на эту тему все время, пока собирала ужин.
За ужином Адель рассказала все, что удалось выяснить в городе. Она опросила близких сотрудников мужа, кое-кого из заводоуправления и напрямую связалась с крупными чиновниками, друзьями Салкина. Так вот, вторым по значению человеком в директорском клане был главбух.
Один из крупных чиновников городской администрации за пять минут вывел ей на компьютерный монитор информацию, из которой следовало, что некое акционерное общество ""Триар трейд"" обязалось поставить из-за рубежа товаров народного потребления более чем на миллион долларов и перевело всю сумму одной из кипрских фирм.
