Автор
Бандит сияет за маской роскоши, а его холодные голубые глаза вызывают желание бежать. Я пришла в этот дом не для того, чтобы убежать, но чтобы встретиться лицом к лицу со своим законом. Теперь я сама приготовлю обидное завершение этой игры Саида.
Но поднимает руку, позволяя прижаться к нему. Устроится рядом, сгорая от чужой теплой кожи. – Вот так. Завтра полетим домой.
– Завтра?
– Или уже сегодня, - поправляется, бросив взгляд на часы. – Рейс вечером.
– Мои документы…
– У меня.
– Хорошо. У меня есть один вопрос. Можно?
– Попробуй.
– Ты…
Слова вертятся на языке, но страшно задавать. Шаг в пропасть или, скорее, в клетку опасного хищника. Если я начну эту тему, то придётся рассказывать и объяснять.
Но мне нужно знать.
– Ты мог меня легко поймать, - ловлю заинтересованный взгляд мужчины.
– Ада женщина моего брата. Не тот вариант, чтобы разбираться с кем-то из твоих близких.
– Моя мама. У неё никакой защиты нет.
– Слишком просто. Эта гонка была между нами, пташка. Ты и я. Кто кого переиграет. Незачем сюда вмешивать других людей. Шантажировать девушку… низко.
– Правда? Ты… Ты угрожал мне и…
– И не тронул никого из твоей семьи. Твое решение, твоя выгода.
Теряюсь, подбирая слова. Я ведь не говорила об этом, да? Сердце сжимается, неприятно горько. Хаджиев узнал сам? Но как и кто мог сказать? Напрямую с мамой никто не связывался, я не объясняла причину согласия.
Только попросила защиту. Но мало ли что происходит в жизни, почему мне это нужно.
Он ведь только что сам сказал, что не стал бы. Только он и я в этом противостоянии. Чужая помощь, но никаких угроз. Так почему…
– Откуда ты знаешь? – выдавливаю, когда тишина затягивается. – Об угрозах маме.
– Ты сама об этом сказал, Ника. Когда пришла ко мне. Что не хочешь, чтобы твоей матери снова угрожали. Поэтому я хочу знать, кто это был и когда.
– О, да, точно.
Когда Лютый ввел меня в квартиру – я ни о чем думать не могла. Даже не помню, попрощалась ли с мужчиной. И что говорила тоже не помню. Всё покрыто туманом и волнением.
До сих пор в душе всё переворачивается, стягивается стальными нитями. Они давят и сжимают, переплетают паутиной. Слишком всё резко поменялось. А я плохо
Назар иногда бросал зло, что я совсем как тепличный цветок. И без него пропаду.
