В кресле она чувствовала себя унылой наблюдательницей бушующих природных сил. Дождь и ветер резали лицо, а холодный осенний воздух накрапывал по штанинам. Теперь понимала, что пешком домой отправиться неизбежно — мокрые ботинки, испорченные косметика и прическа гарантированы. Опасаясь простуды, она сомневалась, сможет ли выдержать такой кошмар на улицах....
Недовольно покачал головой, но удержался от каких-либо комментариев на сей счет, вместо этого негромко приказав:
— Седрик, прогуляйся с Трикс! Думаю, вам есть о чем поговорить без моего присутствия. А я пока улажу дела здесь.
Мне было немного боязно выступать за пределы невидимого защитного круга. Почему-то казалось, что стоит мне сделать один лишь шаг к Седрику, то невесомая дымка больше не спасет меня в самый нужный момент. А вдруг Даниэль не расстался с идеей прикончить меня, чтобы таким образом наказать неуступчивого Себастьяна?
Однако преристянин, по всей видимости, смирился с поражением.
Седрик дождался, когда я с ним поравняюсь. Затем любезно предложил мне руку, и я с радостью вцепилась в его ладонь, только в этот момент поверив, что все самое страшное позади.
Я ощущала злой давящий взгляд Даниэля на себе всю недолгую дорогу к границам круга света, за которыми скрывалась непроглядная темень поздней ночи.
К этому моменту улегся ветер, и гроза, так и не пролившись ливнем, ушла в сторону, забрав с собой и рокот грома, и сиреневые отблески молний. Правда, небо до сих пор было затянуто тучами, через которые не пробивалась луна и звезды. Поэтому без Седрика я бы точно далеко не ушла, скорее — переломала бы себе все ноги в ближайшей яме или выколола глаза, наткнувшись на острый сук.
Стоит ли удивляться, что достаточно скоро я совершенно потерялась в пространстве. Тьма липла к моей коже, обвивалась вокруг меня жадными щупальцами, и я понятия не имела, где нахожусь.
— Пришли, — неожиданно проговорил Седрик, и с его пальцев наконец-то сорвался крошечный светлячок, поднялся выше — и я увидела, что мы находимся на берегу озера.
Седрик первым опустился на поваленное бревно около самой кромки воды, вытянул длинные ноги, не обращая внимания, что купает носки сапог. Я присоединилась к нему. Робко присела с самого краешка, почему-то жутко смущаясь.
