В кресле она чувствовала себя унылой наблюдательницей бушующих природных сил. Дождь и ветер резали лицо, а холодный осенний воздух накрапывал по штанинам. Теперь понимала, что пешком домой отправиться неизбежно — мокрые ботинки, испорченные косметика и прическа гарантированы. Опасаясь простуды, она сомневалась, сможет ли выдержать такой кошмар на улицах....
Лишь пару раз мой слух отстраненно уловил странные сухие щелчки, как от сломанной ветки.
Я тяжело заворочалась в снегу, силясь подняться. Проклятая длинная шуба обвивалась вокруг ног подобно ловчей сети, сковывая движения. Из-за шапки я по-прежнему ничего не видела, но почему-то поправить ее у меня не хватило ума.
— Вы в порядке? — в следующее мгновение пророкотал рядом знакомый голос, и меня легко подняли на ноги.
— А… Да… — растерянно ответила я, пока Янор, а именно он пришел ко мне на помощь, заботливо отряхивал меня от снега.
И я повернулась было туда, где прежде заметила странного незнакомца.
— Не смотрите, — моментально отреагировал Янор и торопливо передвинулся таким образом, чтобы его фигура полностью перегородила мне обзор. — Не надо, Беатрикс.
Однако было уже поздно. Прямо над этим местом стоял уличный фонарь, поэтому и одного взгляда хватило, чтобы увидеть вспаханный после недолгой битвы снег и…
Я отвернулась, почувствовав, как к горлу подкатила тошнота.
— Не беспокойтесь, я все приберу за собой, — извиняющимся тоном пробормотал Янор. — Никто из ваших соседей не поймет, что тут случилось. Полагаю, вам не нужны новые пересуды. — И потянулся было придержать меня за локоть, увидев, как меня после его слов ощутимо качнуло.
— Пожалуйста, не надо, — просипела я, поспешно отпрянув в сторону. Было немыслимо представить, что Янор прикоснется ко мне этими самыми руками, которыми только что…
И я неосторожно вновь взглянула в ту сторону, где снег казался черным от спекшейся крови.
* * *В гостиной было тепло, даже жарко, но меня колотил настолько сильный озноб, что зуб на зуб не попадал. Не помогало даже горячее вино, которого я выпила уже три бокала.
"— Бедная моя, — в очередной раз запричитала надо мной Дора, щедро подливая мне, а заодно и себе из графина. — Тришенька моя несчастная! Что же это за рок над тобой? Все беды собираешь! Кошмар, и куда только городские власти смотрят? Скоро из дома выйти нельзя будет, чтобы на грабителя не нарваться.
