В кресле она чувствовала себя унылой наблюдательницей бушующих природных сил. Дождь и ветер резали лицо, а холодный осенний воздух накрапывал по штанинам. Теперь понимала, что пешком домой отправиться неизбежно — мокрые ботинки, испорченные косметика и прическа гарантированы. Опасаясь простуды, она сомневалась, сможет ли выдержать такой кошмар на улицах.
Мне действительно очень приятно, что дом, в котором я провела столько счастливых дней, не пошел с молотка и никто не рылся в моих детских вещах, выискивая, что можно продать, а что выкинуть. Пожалуй, стоит поблагодарить Себастьяна за это. Но это не извиняет его обычно отвратительного поведения.
— Ну что же. — Кайл первым соскочил со своего места. — Давайте поступим так, как решили. Возможно, мы найдем какую-нибудь зацепку в записях нейна Хронга.
* * *Я испытывала до крайности противоречивые чувства, пока карета неспешно тряслась по лесной дороге, с трудом пробираясь через плохо убранные снежные завалы к пункту назначения. С одной стороны, я очень хотела увидеть любимый отчий дом и походить по знакомым с детства комнатам. С другой же, я прекрасно понимала, как сильно расстроюсь после этого. Наверное, я до сих пор окончательно не смирилась с тем, что родители отныне живут далеко от меня. И этот визит наверняка станет для меня чем-то вроде прикосновения к открытой ране. Уже сейчас у меня слезы на глаза наворачивались при мысли о том, как много я потеряла.
Кайл и Айя помалкивали, видимо, понимая, что мне сейчас не до разговоров. Молчал и Янор, на этот раз перебравшийся с облучка кареты внутрь. Но изредка я ощущала на себе его взгляд.
Наконец дорога вильнула в последний раз, и из темного елового леса выступил светлый особняк с просторной верандой.
Я глубоко вздохнула, ощутив, как защемило в груди при виде наглухо закрытых ставней. Дом словно ослеп, печально высясь в окружении заснеженных деревьев.
— Красивое место, — произнесла Айя, первой выбравшись наружу. Шагнула вперед — и ойкнула, провалившись в снег чуть ли не по колено.
— Осторожнее, — пробасил Янор, в свою очередь покинув карету. — Дорогу до дома еще худо-бедно расчищают, но двор, понятное дело, уже давно никто не убирал.
После чего протянул мне руку, помогая последней выйти из кареты.
Я закусила губу, разглядывая дом, вдруг показавшийся мне до ужаса чужим. Эх, папа, папа. Стоила ли твоя афера таких жертв? А впрочем, что жалеть о прошлом. Все равно уже ничего не исправишь.
Никто не возражал, когда я первой отправилась к крыльцу, тщательно выбирая место для каждого шага, чтобы не провалиться в снег. Наверное, в глазах моих спутников я еще сохраняла статус владелицы дома. Но, понятное дело, я себя таковой не ощущала. Увы, у этого места теперь новый хозяин.
