»
Ник открыл окно, лег грудью на узкий подоконник и подставил голову моросящему дождю. Вечерний воздух был удивительно теплый, да и дождь казался теплым душем. За окном продолжалась квартирная тишина, только здесь, под затянутым невидимыми тучами небом, она была живее. Она не напоминала о больнице.
Где-то за домом проехала машина. Ник услышал звук мотора и напрягся, ожидая в любой момент увидеть на освещенной дороге похоронный лимузин. Но звук мотора затих в стороне. Оставив окно открытым настежь, Ник сварил себе кофе.
Снова зазвонил телефон. Ник остановился над ним, не имея никакого желания снимать трубку. А телефон все звонил и звонил.
«Они знают, что я дома и что я один, — подумал Ник, оглянувшись на открытое окно. — Они где-то рядом…» Нехотя поднес трубку к уху.
— Николае? Как настроение? — все тот же голос. Ник не знал, что ответить.
Не было у него настроения отвечать на такие вопросы.
— Я извиняюсь, может вы чем-то недовольны… Можете спрятать таблетки, только недалеко. Это была шутка. Вы не наследили…
Ник медленно отвел микрофон трубки в сторону и выматерился.
— Правильно. — сказал знакомый голос незнакомого человека. — Вы умеете снимать напряжение! А теперь возьмите ручку и бумагу.
Две минуты писал Ник под диктовку маршрут завтрашней поездки, адрес нового объекта их внимания.
— Повторите все! — попросил собеседник. Ник повторил.
— Теперь слушайте дальше. К дому вам не пробраться — там забор под видеообзором и с охраной. По дороге купите в любом магазине килограмма четыре замороженной рыбы и перебросьте ее за забор. После этого возвращайтесь в Ойскирхен.
— И это все? — удивился Ник.
— Да.
— Но вы же сказали, что туда ехать четыре часа!
— Да, — спокойно подтвердил собеседник. — И придется еще несколько раз туда ездить, так что заранее настройтесь на дальнюю дорогу! Ага, пора заканчивать, ваш дружок возвращается! Счастливо!
Опустив трубку, Ник прислушался. Едва различил эвук еще далекого автомобиля. Подошел к окну. Через пару минут действительно увидел проехавший под домом лимузин.
Сахно был в отличном настроении. Глаза его горели нездоровым веселым огнем. Ник даже позавидовал ему, все еще пытаясь увязать этот огонь с двадцатью одолженными у него дойчмарками.
— А че ты ей воды дал? — спросил, остановившись над черепахой, Сергей. — Молоко же есть…
И он выплеснул остатки воды в умывальник, налил в блюдце молока. Опустил на пол. Черепаха, подняв голову, бросила взгляд на своего доброжелателя и медленно поползла к плоской отопительной батарее.
— Дура, — выдохнул Сахно и усмехнулся. — Курнуть хочешь? — повернулся он к Нику.
— Нет.
— Это твои проблемы, — кивнул Сергей и достал из кармана пачку сигарет.