В центре Москвы, где стихия шума завладевает всем пространством, главный герой нащупывает зыбкую нить между суетой и тишиной. Здесь каждый шорох — сигнал о том, что кто-то рядом, но никто не слышит его голоса. Каждая улица — театр, где отрезанные пальцы и стук часиков играют в постоянную симфонию ночного города....
Вытащил несколько чековых книжек, в которых остались только корешки отрезанных чеков. Сами чеки отсутствовали. На корешках стояли печати банка и суммы.
— Дай сюда, — приказал Ник.
Просмотрев использованные чековые книжки, Ник понял, что принадлежали они представительству «Аэрофлота». Суммы, проплаченные представительством, варьировались от пятисот тысяч франков до пяти миллионов.
Изучив корешки, Ник понял, что по ним определить, на кого были выписаны эти чеки, невозможно.
— Кому платили? — спросил Ник у Пьера.
Пьер хмыкнул и промолчал.
Внезапный приступ злости охватил Ника. Он ударил Пьера нижней частью рукоятки пистолета в лицо. Пьер упал на стол. Стол отъехал на несколько сантиметров к окну, за которым было темно и тихо.
— Давай я сам поищу, — предложил Виктор. — Ты же устал…
Нику и самому было. ясно, что он устал. Даж не устал, а проголодался. И этот голод словно подыгрывал его раздражению и злости. Виктор не вызывал в нем ни особого доверия, ни опасений. Слово «Киев», произнесенное им пару раз, словно защищало его в глазах Ника.
Ник, перехватив пистолет левой рукой, правой прошелся по одежде Виктора.
Никакого оружия не нащупав, кивнул. Приказал Пьеру идти в кухню.
Они спустились на первый этаж, оставив Виктора наверху.
В кухне Ник приказал Пьеру открыть холодильник. Стоя перед открытым холодильником и Пьером, он показал, что надо вытащить и положить на стол. Потом Пьер под дулом пистолета резал салями, ломал багет и открывал красное вино.
Время от времени он бросал на Ника совершенно ошарашенный взгляд. Лицо его выражало полнейшее недоумение. Он словно уже и не пытался понять, что в конце концов произошло этим вечером. Почему присланный на помощь киллер хотел выстрелить в него? Почему здесь появился следователь угрозыска из Киева. И чем объяснить странное поведение этого человека, который начал слежку за ним еще дней десять назад и теперь вел себя так, как никакой профессионал вести себя не стал бы.
— Садись, — приказал Ник, когда все было нарезано и вино разлито по двум бокалам.
Пьер неловким движением взял вилку, собрал ею несколько кружочков салями, перенес на свою тарелку.
Пистолет Ник положил справа от своей тарелки, отодвинув оттуда столовый нож. Отпил вина. Взял себе колбасы и сыра. — Тебе есть что терять? — спросил внезапно Ник, посмотрев на хозяина дома.Пьер отрицательно мотнул головой.
— Мне тоже. Еще меньше, чем тебе, — произнес он задумчиво.
