В центре Москвы, где стихия шума завладевает всем пространством, главный герой нащупывает зыбкую нить между суетой и тишиной. Здесь каждый шорох — сигнал о том, что кто-то рядом, но никто не слышит его голоса. Каждая улица — театр, где отрезанные пальцы и стук часиков играют в постоянную симфонию ночного города....
— Сейчас в Познань.
— А на хер я тебе нужен? — Сахно прищуренно уставился в глаза Нику.
— Ты мне и на хер не нужен, — ответил ему на его же языке Ник. — Я тебя вытащил, сделаешь одну работу, получишь кучу денег и попрощаемся…
Сахно закивал, размышляя.
— Так ты, видно, про меня много знаешь, — сказал он задумчиво через минуту.
— Aгa, — ответил Ник, выковыривая кусок колбасы, застрявший в зубах.
Сахно снова кивнул.
— Значит, ради этого одного дела ты меня и вытащил… Да?
— Да, — ответил Ник.
— Ладно, — неожиданно расслабленно произнес Сахно.
Заметив его улыбку, Ник еще раз прокрутил в голове только что сказанную Сергеем фразу и до него дошел ее второй смысл. Конечно, Сахно ехал с ним не ради компании, не в турпоездку. И от этого «дела», которое предстоит сделать Сахно, кто-нибудь да умрет…"
"Ник первый раз задумался о том, что по сути они с Сахно были чем-то вроде «рабочей группы», в которой он.
Он был скорее малоуправляемым исполнителем, так что трудно было пока представить, чем закончится их экспедиция, тем более что даже конкретные цели этой экспедиции Нику не были ясны. Абстрактную цель Иван Львович поставил, а все конкретное должен был объяснить в Познани Александр Возняк.
«Три пятерки, четыре, два, один», — вспомнил Ник его номер телефона.
Посмотрел на часы — в Познань они должны были приехать к обеду.
В Познани Ник позвонил Возняку прямо с вокзала. Тот попросил подождать его на улице перед входом, рядом со стоянкой такси. Удивительно, что Возняк даже не спросил, как они выглядят, словно был уверен, что узнает их.
Грелись они на солнышке перед вокзалом добрых полчаса, прежде чем рядом, на стоянке такси, не затормозил старенький синий «мерседес». Водитель, плотный круглолицый мужчина лет пятидесяти в яркой летней рубашке с коротким рукавом, перегнулся через переднее пасажирское сиденье, опустил в дверце стекло и крикнул им: «Садитесь!»
Они ехали улицами незнакомого города, сидя на заднем си-деньи.
