Автор
Однако при первом взгляде на кучу бумаг Санни уловила взгляд за ее спиной. Он здесь! — слова ее босса накалывали адреналином в воздухе, создавая напряженную и динамичную атмосферу. Кто это? Что он хочет? Санни не знала ответа, но чувствовала, как ее сердце начинает биться из-за этой загадки....
– И вы согласились? – Санни была озадачена, потому что не ожидала, что Стефано бывает таким уступчивым.
Казалось, разговор становится все более личным, и Стефано колебался, прежде чем отмахнуться от тревожного голоса рассудка, который предупреждал его об опасности.
– У нас с матерью близкие отношения, – нейтрально ответил он. – Я не согласен с ее стремлением найти мне подходящую невесту, но я подумал, что не произойдет ничего страшного, если я стану клиентом вашей фирмы и встречусь с Кэтрин, вместо того, чтобы сразу отказываться и огорчать мою мать, которая, в конце концов, желает добра мне и моей дочери.
– Естественно. – Санни откашлялась. Если бы Стефано мчался на всех парах, желая ее соблазнить, она бы ему сопротивлялась. Или, по крайней мере, она надеялась, что сопротивлялась бы ему. Но они по-прежнему разговаривают, и у нее возникло ощущение, будто Стефано впустил ее в свой внутренний мир, доступ к которому ограничен.
Забавно, конечно. Хотя, возможно, это проверенная уловка Стефано, чтобы добиться того, чего он хочет. Сначала он озвучил свои намерения, потом завел располагающий разговор, затем выдвинул требования… Циничный подход. Но даже он не избавил Санни от любопытства.
– Должно быть, ваши родители были счастливы в браке, – задумчиво сказала она. – Я всегда думала, что люди, которые счастливы в браке, всегда рекомендуют детям создавать семью.
– Мой отец уже умер. Да, они были очень счастливы в браке. – Стефано удивлялся перипетиям их разговора, но понимал, что обмен личными данными никому не навредит, даже если этими личными данными он не обменивался со своими прежними любовницами.
– Девочкам нужно материнское влияние, – повторила Санни мысль матери Стефано и подумала о своем трагическом детстве, – поэтому ваша мать, возможно, права.
– В идеальном мире, – задумчиво ответил Стефано, думая, что у него появилась прекрасная возможность откровенно кое в чем признаться, – у Флоры была бы восхитительная и обожающая ее мамочка. Но мир не идеален. А получилось так, что эта восхитительная и обожающая мамочка запрещала мне видеться с дочерью.
