Уилл стоял на открытом балконе и размышлял о своих шансах в игре, когда внезапно появилась новая фигура — игрок с невероятным уровнем. Хотя он не был первым в зоне опасности, уровень его персонажа напугивал: если бы он действовал так же спокойно и статично, как это предполагает роль жертвы, то мог быть еще выше. Главная проблема заключалась в том, что эта новая сила была ужасно верной своему выбору — слишком точным и непредсказуемым....
Похоже, «Игрок, забравшийся на вершину. Том 5 (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Запечатанное пространство, знаете ли, нелегко открывать. Но к чему вы ведёте, Ваше величество?
– Да так. Уточнил просто… – отстраненно пробормотал Уилл, вспоминая, как Цербер вкратце рассказал ему о побеге Безумия. Кто-то открыл проход в темницу, позволив тому сбежать.
«Возможно ли, что старуха смогла пробраться в созданное Пандорой пространство или это ещё одно случайное совпадение?»
Ответить на этот вопрос мог лишь тот, кто служил ей, и кстати…
– Кто-нибудь может мне подсказать, где сейчас находится труп нашего врага?
– Он в безопасности.
1. Риза – верхнее одеяние священника при богослужении
Глава 269. Можешь спать спокойно
Обсуждение предварительных условий будущего мирного договора пришлось ненадолго отложить в связи с тем, что отсутствовал полномочный представитель братства.
При появлении Умбры, атмосфера моментально накалилась.
— Ну, здравствуй… Тея… – голос мужчины был тих и словно сдерживал какую-то потаённую эмоцию.
«Какого?.. Чё?..» – Уилл, услышав подобное приветствие, был поражён. И не он один. Ринна и троица из ордена, что добралась до столицы во время операции, были удивлены не меньше.
– И тебе здравствуй, Умбирател. — Королева вдруг преобразилась, начиная источать совсем не дружественную ауру. Вокруг неё, словно конденсат, собирались капли неизвестной магии, и Ворон почему-то только сейчас подумал о том, что Мать Роя на самом деле не слабая женщина. Просто она пасовала перед ментальной силой одного из своих предков.
– Я Умбра, — реакция мужчины была такой резкой, будто говорившая совершила непоправимую ошибку. – Умбирател давно умер.
