Волосы Мага были перехвачены лентой точно такого же цвета.
— Папа же приедет? — разрезал тишину звонкий голосок Филиппа. Мальчик повернул голову к няне.
Я отпрянула от окна. Значит, хозяин поместья скоро будет здесь. Я столько дней гадала, кто он, что к вечеру от предположений относительно его положения в Оке, у меня болела голова. Возможно, это не безопасник, а сочувствующий делу инквизиции.
Самая логичная версия, которая напрашивалась сама собой, гласила, что поместье принадлежит самому главе Ока, Серебряному Дракону. Но эта мысль казалась невероятной. Чтобы суровый господин Шилдс, смотрящий на меня как на преступницу, привёл в свой дом, туда, где жил его сын, подобную особу! К тому же совсем на него не похожий.
С течением времени я почти убедила себя в том, что хозяин Свитенвилля ещё пока не знаком мне. А значит, и нет смысла прятаться в тени.
Успокоив дыхание и охладив разгорячённое лицо мокрым полотенцем, я снова осторожно подошла к оставленному месту для наблюдений, намереваясь окрикнуть малыша.
Я уже отодвинула полупрозрачную золотистую органзу и почти высунулась в окно, как к няне с ребёнком подошёл одетый в чёрное мужчина. Не помню, вскрикнула ли я от страха и неожиданности или молча оборвала пару крючков карниза, сильно натянув занавесь, но очнувшись, осознала, что мои подозрения оправдались.
— Папа, — Филипп, повинуясь этикету, спрыгнул с игрушечной лошади и бросился к Шилдсу. Дракон, вопреки моим ожиданиям, не отстранил нетерпеливого малыша, а подхватил его на руки и подбросил в воздух. Да так высоко, что у меня от страха перехватило дыхание.
Лишь через мгновенье я поняла, что всё дело в самом Филиппе: используя дар левитации, присущий Драконам, малыш завис в воздухе чуть дольше, чем полагалось обычному ребёнку. Сильная радость послужила толчком, и Филипп помимо воли проявил свою сущность, ведь что может быть естественнее для этой расы, чем воздух! Родная стихия, в которой большие и грузные на земле ящеры превращаются в крылатое воплощение грации!
— Всё, не балуйся, — вывел меня из задумчивости мужской голос, в котором я узнала мягкий тембр Серебряного, но на этот раз меня не бросило в дрожь от ужаса. — Мне надо поработать.
— Филипп, — проворковала Сара. — Идите сюда и помните о правилах поведения в обществе.
— Здесь нет никакого общества! — обиженный малыш пытался вырвать руку, но нянька держала его крепко, не сводя глаз с Шилдса. Тот, похоже, совсем её не замечал. Присев на колени, он на минуту привлёк к себе Филиппа и обняв его, что-то прошептал на ухо. Мальчик нехотя кивнул и позволил себя увести.
— Ты обещаешь? — спросил он, оглянувшись, больше не пытаясь убежать от Сары, с рвением бросившейся исполнять свои обязанности.
— Да.