В комнату вошел необычный персонаж: двенадцатиметровая блондинка в кружевных колготках и короткой черной юбке. Она смотрит на зеркало, где она сама — мельница из стекла и металла, сияющая ледяным серебром. За ней тихо шепчется другая фигура — худая девушка в розовых тапочках, очевидно сбитая с толку этой гигантской тварью....
Проведя по нему картой, мужчина открывает дверь, пропуская меня вперед, и тут же заходит следом. Упершись рукой в стену, сбрасывает туфли и проходит в апартаменты, по дороге включая свет.
— Ванная здесь, — надавливает ладонью на стену, и в ней приоткрывается замаскированная дверь.
Снимаю туфли и, прижав к груди сумку, осматриваюсь. Стопы ноют так, что мне хочется зареветь от облегчения."
"Здесь нет никаких видимых шкафов, и я не знаю, куда деть свои вещи.
Господи, здесь потрясающе…
За сплошной стеклянной стеной ночной город с высоты птичьего полёта и соседние небоскребы.
Мы что, выше облаков?
Топчась на месте, кружу глазами вокруг себя.
Вся мебель “мужская”, и она точно с каких-то выставок, на которых зависают всякие модные дизайнеры, которым платят огромные бабки за то, чтобы они обставляли твой дом чем-то немыслимо дорогим и, желательно, ручной работы.
Я на такой была. Я пыталась изучать дизайн, потому что это модно, но потом… просто бросила. Я никогда не смогу заниматься «дизайном», если не найду себе спонсора.
Достав из кармана перцовый болончик, перекладываю его в сумку и снимаю пальто, аккуратно кладя его на безликий, а значит дорогущий комод у входа. Зажав подмышкой сумку, просачиваюсь в ванную и плотно прикрываю за собой дверь.
Найдя выключатель там, где ему и положено быть, смотрю на свое отражение. На свое лицо. У меня под глазами круги, и вообще вид замученный. У меня такой вид с тех пор, как я сошла с самолета три месяца назад. Это от всей этой беготни и от постоянного страха, что Марина попросит меня съехать.
Не знаю, что тогда стану делать…
Вернусь домой? И выйду замуж за первого встречного, чтобы убраться из квартиры, в которой была восьмой на очереди в ванную? Мой отец и мачеха, ее придурошный сынок с женой и двумя спиногрызами, и моя младшая сестра.
Я готова все отдать, чтобы забрать ее оттуда. Но мне даже отдать нечего, потому что у меня своего почти ничего нет! И в городе кроме Марины у меня больше никого нет. И денег тоже почти нет, потому что в автосалон меня взяли на трехнедельную “стажировку”, за которую мне не платят!
«Нет».
Вся эта роскошная обстановка невыгодно подчеркивает мое платье. Оно выглядит дешевкой, а моя фальшивая «Шанель» вообще выглядит кошмаром.
— Ну? — зло кручу все ручки подряд, пытаясь включить дурацкий дизайнерский кран.
ЕМУ плевать на мое платье. И на сумку тоже, как и на меня саму.
Мою ледяные руки и проверяю, на месте ли презерватив, который всегда ношу с собой.
