Игрушка для двух братьев – это шедевр о незнакомых ночах и взломанном внутреннем мире. С первого абзаца читателей захватывает запал мечты и страсти, будоража их воображение и ощущениями. Атмосфера книги создается из тонких слов, которые приковывают внимание к самым чувственным отрезкам жизни – эмоциям и физическим ощущениям....
— За что?
— Я наговорил тебе столько всего, довел тебя до того, что ты убежала… Если бы я этого не делал, Вэл не смог бы тебя похитить, — покачал он головой виновато.
— Эм? — я коснулась пальцами его подбородка, мягко пробежалась по однодневной щетине. — Я не обижаюсь. Я знаю, что ты не специально.
Эмиль посмотрел на меня таким душераздирающим взглядом, что я не удержалась и поцеловала его в губы. Он ответил, но поцелуй не углублял и даже отстранился через пару секунд.
— Эля, ты… Ты сводишь нас с братом с ума, — Эмиль провел подушечками пальцев по моим распухшим губам.
Он хотел сказать что-то еще, но не успел договорить — раздался громкий телефонный звонок. Трель, больше похожая на звон старого колокольчика. Я не сразу сообразила, что это звонили охранники по домашней связи.
— Я должен ответить, — сказал Эмиль раздосадовано и, чмокнув меня в кончик носа, направился к телефону. — Да, Серёга? Кто пришел? Что ему нужно? Ну хорошо, хорошо, впусти его.
— К вам гости? — спросила я у Эмиля с интересом.
Он положил трубку и усмехнулся.
— Нет, Ягодка, пришли к тебе.
— Ко мне?! — уставилась я на него удивленно. — Я никого не звала…
— Меня не нужно звать, я не собака! — выплюнул со злостью тот, кого я меньше всего хотела бы сейчас видеть.
В дверях стоял дядя Паша собственной персоной.
***— А ты, я смотрю, хорошо устроилась, племяшка?
Дядя Паша с ехидной ухмылочкой кивнул на мои голые ноги, которые не прикрывала даже широкая футболка Макса.
Я поежилась от его взгляда, вновь переживая потупившееся со временем чувство презрения к этому человеку.
— Что тебе нужно? — спросила, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно.
— Не строй из себя идиотку! Это ты подстроила, не так ли? Подослала своих мужиков, чтобы те разгромили дом моей дочери?
— Я ничего не делала… — произнесла я удивленно, понимая, что из-за многократных падений в обоморок, у меня, кажется, появились провалы в памяти.
— Лея! — воскликнула я изумленно, вспомнив о своей маленькой сестричке. — Что с Леей?! Она в порядке?!
Как же так?! Как я могла забыть о моей малышке Лее! Я ведь хотела ее спасти, как только появится такая возможность. От внезапного озарения мне вдруг стало нехорошо, и я схватилась за край кухонной столешницы.
