Игрушка для двух братьев – это шедевр о незнакомых ночах и взломанном внутреннем мире. С первого абзаца читателей захватывает запал мечты и страсти, будоража их воображение и ощущениями. Атмосфера книги создается из тонких слов, которые приковывают внимание к самым чувственным отрезкам жизни – эмоциям и физическим ощущениям....
Оставь меня и уходите с Леей!
— Брат, что такое? Ты можешь обратиться?
— Нет, кажется, меня накачали аконитовой настойкой… Все, на что меня хватило, это одно проклятое обращение. Я пытался спасти Лею…"
"Черт! Я разозлился на самого себя! Если бы я был внимательнее, то возможно нам бы удалось спастись. Если бы мы не ругались с братом, а действовали сообща, то все бы сложилось по-другому…
— Прости меня… — сказал Эмиль тихо, словно прочитав мои мысли. — За все прости, Макс. За Стеллу, за Ягодку, за все…
— Эй! Не веди себя, как старый мученик на смертном одре! — попытался я приободрить его, отказываясь даже думать о том, что мой всегда веселый брат сейчас лежал почти при смерти.
— Их больше сотни! — донесся до меня испуганный голос Леи, что стояла рядом с нами.
Я поднял взгляд: мы были окружены со всех сторон. Волки плотным кольцом встали по периметру опушки, на которой мы находились. Я прищурился и заметил, что некоторые из них мне знакомы.
— Это новгородские… — шепнул Эмиль, приподнявшись на локтях.
Да, это были они. И мы попались в ловушку. Только сейчас я понял, чего добивался Дэн. Подговорил Пашу отправить меня по ложному следу. Эмиль тоже оказался здесь не случайно…
— Что ты там бормочешь, Борзый? — спросил дерзко один из волков, ставший человеком, выходя вперед.
— А-а, так это ты, Фома? — усмехнулся я, закрывая собой Лею и выходя вперед Эмиля. — Что, до сих пор подчищаешь грязь за Дэном? Не смог далеко уйти от своего хозяина?
— Сука! — прорычал тот, и от злости в его лице проступили волчьи черты.
Ему достаточно было одной команды, чтобы на нас со всех сторон накинулись волки. Превращаться уже было бессмысленно. Я лишь сжал тонкую ладошку Леи и опустился на одно колено возле Эмиля, дышавшего с трудом.
Новгородские не стали нас трогать, лишь посадили во что-то, наподобие переносной клетки.
— Самое место для таких жалких псов, — выплюнул тот, которого звали Фомой.
Главарь банды новгородских волков, с которыми мы сцепились лет десять тому назад. Злопамятный и мерзкий тип, любивший полакомиться людьми.
— Какая аппетитная, — облизнулся он, подмигнув Эле, от чего та испуганно шарахнулась в другую сторону клетки. — Надеюсь, Дэн отдаст мне ее в качестве поощрительного приза, когда все закончится…
— Даже не мечтай! — огрызнулся я, закипая.
