Меня продали, и я стала игрушкой двух братьев-волков — Максима и Эмиля Борзовых. Они совершенно разные, но я объединяю их судьбы. Ради меня братья отступили от принципов, восстали против стаи. В обмен на себя я получила от них настоящую сказку и второй шанс на жизнь, полную любви и страсти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Игрушка для двух братьев»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Меня продали, и я стала игрушкой двух братьев-волков — Максима и Эмиля Борзовых. Они совершенно разные, но я объединяю их судьбы. Ради меня братья отступили от принципов, восстали против стаи. В обмен на себя я получила от них настоящую сказку и второй шанс на жизнь, полную любви и страсти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Мари Арно Легкое чтение Фэнтези Любовное фэнтези подборки серии
Меня продали, и я стала игрушкой двух братьев-волков — Максима и Эмиля Борзовых. Они совершенно разные, но я объединяю их судьбы. Ради меня братья отступили от принципов, восстали против стаи. В обмен на себя я получила от них настоящую сказку и второй шанс на жизнь, полную любви и страсти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Голод по телу этой несносной девчонки.
Я вырвал ягодку из ее губ вместе с поцелуем. Страстным, жестким, подчиняющим поцелуем! Только губы и язык, врывающийся в ее рот. Сок клубники стек по губам, по подбородку Эли, смешался с ее вкусом…
— Ягодка, что ты творишь?! — прохрипел я, оторвавшись на секунду лишь для того, чтобы втянуть воздуха.
Ответом мне послужил лишь короткий стон, от которого вдоль позвоночника пробежали мурашки.
«Пошло все к черту! Доктор сказал, что ей нельзя спать. Значит, она не будет спать всю ночь!» — донеслось до меня мысленное чертыхание Эмиля, и он, в два счета преодолев расстояние между нами, сел с противоположной стороны от Эли.
Неохотно оторвавшись от поцелуя, Эля повернулась к нему и проделала со второй клубникой то же самое, что и с первой.
Эмиля колебался с секунду. Я видел, как в ту самую секунду все его принципы и табу полетели к чертям, а может еще дальше. Секунда, подарившая ему понимание того, что назад дороги нет, что как раньше уже не будет.
Секунда прошла, и он накинулся на губы Эли с громким яростным рыком, словно вынося приговор всем нам троим.
***Эля
Мой затылок все еще побаливал после падения, но я чувствовала себя… как никогда хорошо.
Я ничего не помнила, только обрывочные воспоминания, которые никак не складывались в единую картину: мое детство, юность, настоящее…
При том, что моя память была частично повреждена, спустя два часа после приезда из клиники я все-таки вспомнила братьев. Как вспомнила… скорее меня накрыло лавиной чувств и эмоций.
Я украдкой разглядывала каждого из братьев, пока мы ехали в машине. Крепкие, накачанные руки Макса, волевой подбородок Эмиля, их молодые, физически сильные тела… Кажется, падение отразилось и на моем душевном состоянии, потому как мне хотелось навсегда запечатлеть этот момент, когда мы были втроем.
Я не знала, что будет завтра, после того, как ко мне вернуться воспоминания прошлого. Сегодня у меня было только настоящее.
Настоящее, похожее на самый сладкий сон.
И я хваталась за него, не желая просыпаться.
— Ягодка, что ты творишь? — хриплый голос Макса заставил мою кожу покрыться мурашками.
Ох, Макс, ты словно прочитал мои мысли — я сама не знала, что творю. Просто шла на поводу у своих желаний и чувств, выкинув из головы все вопросы.
— Если у меня нет старых воспоминаний, то я хочу начать все с чистого листа, — прошептала я ему в губы и не смогла сдержать стон, когда он мягко коснулся пальцами моей щеки.
— К черту все! — донесся до меня голос Эмиля, и я поняла, что он сдался.
С самого похода в клинику Эмиль был напряжен и неразговорчив. Меня это беспокоило, но я не могла понять причину перемены его настроения. Чем больше я начинала думать, тем сильнее у меня болела голова.
